Промышленно-торговая обувная компания ПАРИЖСКАЯ КОММУНА
 
Исполнилось 85 лет учебному заведению, которое на протяжении долгих десятилетий готовило квалифицированные рабочие кадры для обувной фабрики «Парижская коммуна»

1980-е годы. Класс для обучения затяжным операциям в СГПТУ-114 на Дубининской улице, оборудованный для училища обувной фабрикой «Парижская коммуна» с установкой конвейера. Учебная обстановка максимально приближена к производственной. До середины 70-х годов, когда началась реконструкция нашего предприятия, профильное училище находилось непосредственно в стенах фабрики. В 2000-е годы СГПТУ-114, которое вело свою историю со времени создания ФЗУ № 8 Наркомпроса в 1931 году, было преобразовано в Московский колледж малого бизнеса № 4. Таким образом, в нынешнем году исполнилось 85 лет учебному заведению, которое на протяжении долгих десятилетий со времени первых пятилеток, готовило квалифицированные рабочие кадры для обувной фабрики «Парижская коммуна», а также для заводов «Красный поставщик» и «Труженик», которые также находились в Замоскворечье. В 1934 году ФЗУ № 8 Наркомпроса было реорганизовано в школу фабрично-заводского обучения учреждений Главобуви Мосгорсовнархоза. Школа ФЗО продолжала обучение обувщиков для нашей фабрики «Парижская коммуна», а также в дополнение к этому для заводов им Эрнста Тельмана и «Красный кожевник», расширив профессиональную специализацию.
Осенью 1941 года при эвакуации фабрики «Парижская коммуна» в Свердловск, школа ФЗО закрылась, начиная с июля 1941 года немало ее учащихся (кому уже исполнилось 17 лет) вступили добровольно в ряды 4-й Кировского дивизии народного ополчения, вместе с обувщиками «Парижской коммуны» и работниками других предприятий и учреждений района. Но уже в феврале 1942 школа ФЗО возобновила работу на «Парижской коммуне». Среди наших ветеранов есть те, кто учились именно тогда: В.Д. Разживина, З.Д. Сорокина. В те годы школу ФЗО № 8 возглавлял инженер-технолог «Парижской коммуны» В.Н. Яскловский, она выпускало также рабочих-обувщиков для Ереванской и Таганрогской фабрик.
В 1960 году на базе школы ФЗО № 8 при фабрике «Парижская коммуна» было создано СГПТУ-114, которое вскоре, начиная с момента создания Московского производственного обувного объединения «Заря» («Парижская коммуна» стала его головным предприятием), начало готовить кадры также и для всех его филиалов в столице и регионах. С 1977 года училище стало обучать молодежь рабочей специальности с одновременным получением среднего (полного) образования.
В 90-е годы, к сожалению, училище утратило былую славу и традиции профессионально-технического образования. Сейчас, когда обозначились новые подходы с учетом лучших отечественных традиций трудового обучения и воспитания подрастающего поколения, появились надежды на возрождение утраченной методики подготовки рабочих кадров.

В 1926 году – 90 лет назад - на Первую государственную фабрику механического производства обуви «Парижская коммуна» (на 5-м году ее существования) пришли дипломированные инженеры: В.П. Зыбин, выпускник МВТУ им. Н.Э. Баумана, и А.Д. Трубаев, выпускник МИНХ им. Г.В. Плеханова. Опираясь на помощь талантливых механиков-самоучек С.И Дорофеева и С.М. Кустарева, они установили первые рельсовые конвейеры, сначала в винтовом, затем в рантовом цехах.

Рельсовый конвейер. На первом плане – ударница Е.Ф. Рощина, активная общественница, член женсовета фабрики, вела работу по ликвидации безграмотности.

Эти во многом еще несовершенные транспортные устройства, тем не менее, способствовали улучшению организации производства и условий труда рабочих. Они просуществовали вплоть до создания во второй пятилетке поточного производства на основе цепей Галя, когда наша фабрика - первой в отрасли в 1934 году - перешла на поток.
Летом 1926 года группа хозяйственных руководителей обувной промышленности СССР выехала в Европу для ознакомления с технологией и организацией производства. В их числе был директор «Парижской коммуны» М.В. Тагенбаум.
Поездка, в ходе которой было организовано посещение крупнейших обувных предприятий Германии, Франции, Чехословакии, длилась четыре месяца. Большое впечатление на М.В. Тагенбаума произвела механизация обувного производства на чехословацкой фабрике «Батя» в городе Злине (Моравия). По первой профессии Михаил Васильевич Тагенбаум – обувщик-заготовщик, член бюро фабричной партячейки ВКП(б), профсоюзный активист – на этой общественной работе он хорошо узнал коллектив предприятия и впоследствии сменил на посту первого директора «Парижской коммуны» Б.Б. Маргулиса, которому трестом «Москож» была поручена организация второй в Москве механизированной обувной фабрики «Буревестник».
Техническое руководство фабрикой новому директору из рабочих поначалу давалось нелегко (так написано в воспоминаниях к 15-летию «Парижской коммуны» А.М. Лучанского - в предвоенные годы он был заместителем главного инженера). Но М.В. Тагенбаум был волевой человек, во все вникал, учился. Как правило, после окончания работы оставался на фабрике с мастерами, задавал вопросы, изучал производственные циклы, восполнял пробелы в технических знаниях. Посещение фабрики «Батя» в моравском городе Злине, где организация поточного производства с элементами конвейеризации началась в 1924 году, многому его научила. По возвращении в Москву он стал использовать свои наблюдения и заметки для рационализации управления.
Так, например, цех на «Парижской коммуне», который производил рантовую обувь, был расположен на двух этажах, связанных рельсами с вагонетками. Нередко возникали перебои с их подачей, простои, конфликты между отделениями. Чтобы снизить остроту «транспортной проблемы», М.В. Тагенбаум, обсудив ситуацию с техноруком фабрики Н.Ф. Докутовичем, а также инженерами, опытными рабочими и мастерами, внес относительно простые, но эффективные изменения во взаимодействие отделений. В полу верхнего этажа сделали небольшое квадратное отверстие и провели вниз простейший транспортер (кожаный мешок на ленте), снабдив его сигнализацией (звонком), и дело пошло на лад, конфликты прекратились.
Чуть позже также, заменив вагонетки, транспортная лента через окошко в стене связала склад и отделочное отделение, где производилась шнуровка ботинок. Затем на следующий год (1927-й) после осуществления таких незатейливых усовершенствований во внутрицеховых передвижениях было решено провести опыт введения ленточного транспортера в заготовочном цехе, помещение которого также было загромождено 20-парными вагонетками, которые проталкивались рабочими рукой от операции к операции. Темп их продвижения был произвольным и зависел от сноровки людей, которые при такой системе, естественно, выполняли свое дело с разной скоростью.
Администрация фабрики совместно с производственной комиссией, в которую в тот момент были избраны И.И. Ефимов, А.А. Назаров (позже он - грамотный рабочий-затяжчик, депутат Моссовета - стал одним из первых студентов Политехнического института кожевенной промышленности. В 30-м году был направлен туда на рабфак, подготовился к занятиям в вузе, отучился и по окончании института, вернувшись на фабрику, стал начальником туфельного цеха. В предвоенные годы был назначен на должность технорука «Парижской коммуны») и другие рабочие, решили начать с малого. Нововведение касалось поначалу не всего заготовочного цеха, но только одной, хотя и большой, группы, занятой на отстрочке приклада.
Прежде каждая из работниц группы должна была сама выполнить задний шов подкладки, развернув его, настрочить задние ремни, пришить подблочники и верхнюю штаферку. Теперь эта работа была разбита на отдельные операции, синхронизирована и связана лентой транспортера на валиках. Двигался он плавно в непрерывном ритме. Однако поначалу работницы восприняли это новшество негативно с большим предубеждением («от ленты кружится голова», «в глазах рябит»), консерватизм привычек стал преградой для совершенствования производства на основе разделения труда. Но через три месяца люди освоились, почувствовали преимущество новой методики. Производительность труда повысилась, поднялись заработки, в помещении стало просторнее, светлее и чище.
И теперь, когда М.В. Тагенбаум спрашивал, встречая кого-нибудь из работниц, занятых на отстрочке приклада: «Ну, как? Может быть, снять ленту?», то слышал в ответ: «Нет! Теперь мы за это дело будем драться!».

В истории «Парижской коммуны» осталось имя первой женщины-закройщицы

При создании в 1922 году Первой государственной фабрики механического производства обуви «Парижская коммуна» путем слияния нескольких полукустарных производств ключевое слово в наименовании отражало цель и задачу, к которым необходимо стремиться, развивая предприятие, да и отрасль в целом. Основные производственные процессы выполнялись механически только в одном цехе – винтовом (назван по методу крепления подошвы).
В закройном и штамповочном цехах вся работа велась вручную. В штамповочном рубили кожу на «делюшки» с помощью ручной гильотины, потом их вальцевали - по существу, делали то же самое, что и кустари. А закройщики считали, что в их профессии и вообще не может быть никакой механизации. «Закройщика нож кормит» - соответственно заточке его лезвия (каждый правил его по-своему - и это, соответственно, был один из секретов мастерства). Большое значение придавалось качеству стального полотна, из которого изготавливался нож, длине и форме рукоятки, чтобы все было «под руку».
Работа закройщика ножом требовала сноровки, глазомера, точности движений, да и просто немалой физической силы и выносливости – поэтому вплоть до самой войны профессия эта оставалась по преимуществу мужской.


Фотография закройного отделения, сделанная в первые годы работы фабрики и размещенная на 29 стр. книги «Имени Парижской коммуны подтверждает, что профессия закройщика была тогда мужской. Группа закройщиц (справа) совсем немногочисленна.

Но в истории «Парижской коммуны» осталось имя первой женщины-закройщицы – Эмма Берзина.
Вот, что написано о ней в книге «Имени Парижской коммуны» на стр. 30-31, где говорится о начальном периоде работы фабрики в 20-е годы прошлого века.

Э.П. Берзина с 13 лет работала на обувной фабрике в Риге, где получила профессию закройщицы; на «Парижской коммуне» она работала со времени открытия, но сначала – в пошивочном цехе. В обувной промышленности старой России ни на раскрое кожи, ни на пошивочных операциях женский труд не применялся. Даже и заготовщиками в мастерских работали мужчины. Женщинам трудно было получить высокую квалификацию. По этой причине и на «Парижской коммуне» в первые годы ее существования на основных операциях были заняты мужчины.
Появление Берзиной среди заройщиков вызвало у них удивление, а мастер Г.Власов, поставивший было ее на основной крой, вскоре перевел на приклад. Берзина не без юмора рассказала Маргулису (директор фабрики) и Казакову (секретарь партийной ячейки) о том, как «приветливо» встретили ее закройщики. Руководители пригласили на беседу мастера Власова. Разговор получился не из легких.
- Не женское это дело, - упрямо твердил тот. – Работа у нас тяжелая. Ее дело на машинке строчить, а не кожи резать. - Берзина – закройщица по профессии и дело знает не хуже мужчин. Почему же вы хотите отказать ей в праве работать по специальности? – спрашивал А.Д. Казаков. Видя, что уговоры не действуют. Маргулис приказал мастеру вернуть Берзину на прежнее место.
Закройщики поначалу делали вид, что не замечают ее, но сами наблюдали за каждым движением, не оставляли без внимания ни одной детали и вынуждены были признать, что она работает профессионально, ни в чем не уступает опытным закройщикам. Детали, выкроенные ей отвечали всем требованиям технологии. За все время она не допустила ни одного случая брака, перевыполняла сменные задания. И наступил момент, когда мастер Власов сказал закройщику, возвращая бракованные детали: «Поучился бы работать у Берзиной».

Стахановцы фабрики «Парижская коммуна» Павел Петухов (операция – затяжка носка)

22 сентября 1935 года молодой затяжчик носков т. Петухов рисковал показаться смешным. Он явился к начальнику своего цеха и заявил, что с этого дня берется на своей операции один «держать конвейер», пропускающий 1250 пар в смену, и что, если это понадобится, он не смутится и перед некоторым увеличением программы. «Держать конвейер» на языке Павла Петухова явным образом означало: ни в коем случае его не задерживать.
Петухову объяснили, какую огромную ответственность он на себя принимает, обращаясь с таким заявлением. Ведь оставаясь один на серьезнейшем участке конвейера, он малейшей своей неудачей сорвал бы выполнение плана всем цехом…

Петухов все это выслушал с серьезным, но спокойным видом и твердо повторил свою просьбу, добавив: «Слово комсомольца!». Весть о решении Петухова молниеносно разнеслась по фабрике. Мнения резко расходились. Одни считали, что Петухов «зарвался», и удивлялись администрации, решившейся подвергнуть цех легкомысленному эксперименту. Это были, главным образом, затяжчики, товарищи Петухова по профессии. Другие безотчетно верили в успех смелого начинания.

Так или иначе, Петухов вырастал в общем мнении. Когда он в тот же день потребовал от обтяжчиков, перетяжчиков и намазчиков носков некоторых (совершенно конкретных) улучшений в их работе, от которой зависело качество выполнения его собственной операции, - к его просьбе не только отнеслись серьезно, но и без возражений обещали ее выполнить и выполнили. 23 сентября в 7 часю15 мин. Утра Петухов стоял у своей машины спокойный, немного даже торжественный. Соседнее место было свободно, он был на операции один. В обеденный перерыв рабочие осаждали диспетчера. Пришлось повесить наскоро написанный плакат, гласивший:
«До обеда запущено 726 пар.
Затянуто т. Петуховым 726 пар.
Переделок и брака не было».
Сводка за смену повторяла плакат, только вместо 726 красовалась цифра 1280. Норма была выполнена Петуховым на 204,7%. С этого дня Петухов, работая на конвейере один, систематически выполняет норму более, чем на 200%. В один из дней октября Петухов показал рекордную выработку в 1438 пар, т.е. 238% нормы.

Из брошюры Я. Бедерова, И. Вайсмана.
1935. Государственное издательство легкой промышленности.
Стр. 52 (начало) и 56-57.

80 лет со времени первого выпуска курсов мастеров и поммастеров на «Парижской коммуне»

Исполнилось 80 лет со времени первого выпуска курсов мастеров и поммастеров на «Парижской коммуне», оказавшихся затем прообразом филиала нашего профильного вуза. Вот как об этом ярком событии рассказывается в книге «Имени Парижской коммуны» на стр. 111, где идет речь о «культурно-техническом росте коллектива», о судьбах кадровых рабочих, поступивших на фабрику в первые годы ее создания:
«Показательны явления в духовной жизни коллектива «Парижской коммуны», ясно говорившие об охватившей массу рабочих тяге к свету, знаниям, культуре, о пробудившемся влечении к литературному творчеству.
На фабрике были организованы курсы повышения квалификации, впоследствии преобразованные в филиал института кожевенно-обувной промышленности. В первый же набор за учебные столы сели 237 мастеров, 350 стахановцев, много служащих. Филиал давал образование в объеме техникума, а первые стахановцы, такие как С.И. Яшин и П.А. Петухов, которые готовились к поступлению в Промакадемию, проходили индивидуальное обучение.
Слушателям приходилось нелегко. Сказывались порой возраст, семейное положение, слабая образовательная подготовка, загруженность производственной и общественной работой. А занятия следовали через день, начинались в шесть вечера, заканчивались к полуночи. Но люди учились с огромным желанием, с героическим упорством».

На 112 стр. в книге дана фотография с подписью «Мастера и начальники цехов повышают свою квалификацию». А тот снимок, что мы публикуем сегодня, подарил редакции нашей газеты «Коммунаровец» сын мастера раскройного цеха Сергея Сергеевича Егерева Виктор Сергеевич – фронтовик, участник Сталинградской битвы, народный архитектор СССР, лауреат Государственной премии РСФСР (1967 г.), лауреат Премии Президента РФ (2003 г.). На памятной фотографии Сергей Сергеевич стоит в верхнем ряду – второй слева. Ему в ту пору было больше сорока лет, он был отцом четверых сыновей-школьников.

- Мы воспринимали фабрику как опору всей нашей семьи, - вспоминает Виктор Сергеевич Егерев, - хорошо знали дни, когда на «Парижской коммуне» давали получку, и это связывалось с приятными ожиданиями. Под родительской кроватью размещались в аккуратной коробке тетради отца по математике, физике, химии, которые он начал вести, занимаясь в середине 30-х годов в школе мастеров, а потом возвращался к своим записям, в том числе, когда хотел разъяснить нам, детям, что-нибудь. Он искренне считал, что в тетрадках – просто «кладезь премудрости», и даже когда мы учились в старших классах и явно «переросли» его уровень школы мастеров, советовал нам в тетрадки свои заглядывать. Мы, конечно, виду не подавали, что отцовские представления немножко уже наивны. Но с годами пришло понимание, что фабричная учеба отца, интерес и тяга взрослого человека – уже 40-летнего – к знаниям были для нас добрым прекрасным примером. Так «Парижская коммуна» стала для нас опорой и в этой области жизни, и я очень это ценю.
В 1941 году Сергей Егерев ушел на фронт, в 1942 г. он, командир взвода пешей разведки 881-го стрелкового полка 158-й стрелковой дивизии, погиб в бою у деревни Пробойки Калининской области. Ему было 47 лет.

Немного постарше был его друг-товарищ по раскройному цеху Дмитрий Михайлович Сорокин. На групповом «выпускном» снимке курсов мастеров его легко узнать – он стоит во втором ряду третьим справа. Он пришел на фабрику в 1922 году раскройщиком. Потом был поммастера, мастером. В начале июля 1941 года уходил на фронт в составе 9-й Кировской дивизии народного ополчения с должности диспетчера раскройного цеха. А в сентябре семья Сорокиных получила «похоронку», он погиб под Ельней. Его дочь Зоя тогда пришла на фабрику работать подростком и трудилась полвека. Зоя Дмитриевна дорожит всем, что связано с отцом. Хранит его заметку о занятиях на курсах мастеров, напечатанную в газете «Коммунаровец» в марте 1935 года – мы публиковали фрагмент 3-й полосы той газеты в марте 2008 г. № 3 (6408). Рассказывая о курсах мастеров нельзя не упомянуть о том, что среди преподавателей на этих занятиях были наши фабричные специалисты: В.П. Зыбин, первый дипломированный инженер, поступивший на фабрику в 1926 году по окончании МГТУ им. Н.Э. Баумана, технорук Д.Ю. Берман.

23 февраля – День защитника Отечества

На 14-й странице отраслевого журнала «Кожевенно-обувная промышленность» № 11 за 1937 год размещены снимки, показывающие учебу молодежи обувных и кожевенных предприятий в клубах и кружках ДОСААФ. Рассмотрим фрагмент страницы, наиболее интересный для нас.
На снимке – учлеты планерной школы Ломов Семен и Акаблева Мария с «Парижской коммуны». Насколько полезной и ценной была такая учеба, становится очевидно, если вспомнить, что молодой механик «Парижской коммуны» Александр Бобровский, призванный на службу с фабрики в 1940 году, первую летную практику получил в аэроклубе Кировского района (ныне Замоскворечье), а впоследствии стал Героем Советского Союза. В 1940 году «Парижская коммуна» проводила в армию 122 призывника, и все они уже имели какую-то военную специальность, полученную в оборонных кружках. А в 1939 году такую подготовку прошли 25 пулеметчиков, 15 мотоциклистов, 7 ворошиловских стрелков, 5 снайперов, 18 летчиков, 20 санинструкторов. Об этом рассказано в книге «Имени Парижской коммуны» на 123 стр. А на 129 стр., где речь идет уже о военном времени, написано о том, что работница фабрики А. Виноградова, окончившая аэроклуб, стала летным инструктором.
Отраслевые журналы довоенного и военного времени хранились в семейном архиве сына заместителя министра легкой промышленности (в 40-е годы) Петра Денисовича Александрова. Сергей Петрович Александров был другом-товарищем Николая Петровича Селянского, потомственного работника и ветерана нашей фабрики, и передал ему прошедшей осенью эти интересные для «Парижской коммуны» материалы, зная, что Селянские связаны с нашим советом ветеранов.

Первый в обувной промышленности страны цепной конвейер

Важнейшей вехой в истории фабрики явился перевод производства на непрерывный поток. Вот как описывается это событие в книге «Имени Парижской коммуны» (Издательство «Московский рабочий», 1977) на стр.95-96:
- В прошивном цехе, где в настоящее время (в момент выхода книги - прим. ред.) находится 6-й цех, был установлен первый в обувной промышленности страны цепной конвейер. Авторами проекта были инженеры фабрики А.М. Лучанский и И.Р. Вайсман, но в создании конвейера принимали участие многие инженерно-технические работники, нормировщики, рационализаторы, рабочие – все, кто мог чем-нибудь помочь. Конструкцию первенца обсуждали на совещаниях с участием слесарей-монтажников, мастеров, инженеров, техников. Всей работой руководили главный механик А.П. Шушунов и инженер отдела организации производства Д.М. Дмитриев.
В основу передаточной системы конвейера были положены цепи Галля. Он имел вид транспортера с люльками для обуви. Всего на нем насчитывалось 144 люльки, скорость движения составляла 2,5 метра в минуту.


А.П. ШУШУНОВ, главный механик фабрики в 1930-е годы.

29 августа 1934 года конвейер вступил в строй.
В первый день конвейер пустили на 60 процентов проектной скорости. За десять дней он был полностью освоен и дал хорошие результаты. Коллектив цеха, с трудом выпускавший 1040 пар за смену, поднял выработку до 1250 пар. Позже такие конвейеры были установлены в других цехах. В первом цепном конвейере были, конечно, некоторые недоработки: он имел громоздкие размеры, был удален от рабочего места на целый метр. В дальнейшем инженеры Н.С. Гузихин и А.П. Земзар усовершенствовали конструкцию. Однако конвейер, установленный в 1934 году, сыграл огромную роль в переводе всего обувного производства на непрерывный поток. Конвейеризация позволила «Парижской коммуне» почти в 2 раза увеличить выпуск обуви, не прибегая к расширению производственных площадей. Из года в год увеличивалась скорость конвейера и к концу пятилетки (1937 г. – прим. ред.) возросла на 60 процентов по сравнению с первоначальной.

5 ноября исполняется 85 лет со дня первого выхода печатной газеты нашей фабрики.

5 ноября исполняется 85 лет со дня первого выхода печатной газеты нашей фабрики. В 1928-м – в год создания на фабрике своего печатного органа - в Москве издавалась 91 многотиражная газета, и несколько из них назывались так же, как у нас, - «НАША ЖИЗНЬ». Этот незатейливый заголовок (с ним наша газета выходила полтора года, и весной 1930-го была переименована в «КОММУНАРОВЕЦ») показывал предназначение фабричных и заводских газет – отражать повседневность: производство, быт, учебу – все, что наполняет нашу с вами жизнь.
Газетные страницы становятся со временем летописью. Листая старые подшивки, мы видим свою историю.

Своя печатная газета появилась у коллектива «Парижской коммуны» на седьмом году существования предприятия. До этого на фабрике с 1922 года выпускалась стенная газета. Она называлась «К СВЕТУ». История сохранила память о первых фабричных рабкорах Е.В. Борисоглебской, А.Д. Казакове (секретарь бюро фабричной партячейки). И.Я. Коришеве (рабочий поэт, автор песен, стихов, частушек), С.С. Пеккере, П.М. Михайлове (этот рабочий имел художественный талант, рисовал дружеские шаржи и карикатуры, занимался оформлением стенгазеты). В первые годы фабричная газета «Наша жизнь» печаталась по мере накопления материалов и выходила нерегулярно, в основном к праздникам. В каждом номере публиковались сведения о текущих событиях, официальные объявления, передовая статья на «злобу дня», соцобязательства коллективов бригад, цехов и лучших рабочих, сообщения о ходе их выполнения, рассказ о прогрессивных методах труда лидеров соцсоревнования – эту тематику вел председатель производственно-массовой комиссии фабкома С.О. Завилов. Актив газеты (Е.В. Борисоглебская, А.Ф.Соколова, Э.П. Берзина, М.П. Платонова и другие) осуществлял запись критических замечаний и предложений. Сбором информации редколлегия занималась под руководством директора Я.Г. Махлиса, партбюро фабрики, профсоюзных и комсомольских активистов, женсовета. Оформление заметок и рисунков (фотографий сначала не было, а первым газетным художником был талантливый рабочий П.М. Михайлов) в полосы осуществлялось непосредственно в типографии техредами.

При подготовке праздничного номера в честь 85-летия «КОММУНАРОВЦА» мы использовали фрагменты газет, выпущенных в разные годы и подписанных в свет прежними нашими редакторами А.В. Солодовниковым, Е.Г. Табачником, М.В. Левом, М.А. Ходаковой, М.И.Смирновым, Н.А. Наумовой, А.И. Давыдовым, А.В. Илюхиным, В.А. Абрамовым, Н.А.Мараховской

Подробнее в газете «Коммунаровец».


А.В. Солодовников

М.В. Лев

С 1930 года газета обувной фабрики «Парижская коммуна» стала называться «Коммунаровец». К середине 30-х годов издание начало выходить с подписью ответственных редакторов. В музее фабрики есть портреты двоих из них – А. В. СОЛОДОВНИКОВА (слева) и М.В. ЛЕВА. Работа над выпуском газеты сначала выполнялась на общественных началах - А.В. Солодовников был рабочим-раскройщиком, М.В. Лев – инженером, начальником центральной лаборатории. Впоследствии А.В. Солодовников, закончив институт красной профессуры, стал профессиональным журналистом, редактором, сначала в нашей фабричной газете. На рубеже 40-50-х годов он был назначен главным редактором журнала «Театр» и директором Большого театра. М.В. Лев известен как руководитель группы разработчиков метода горячей вулканизации для армейских сапог и внедрения его в производство в годы Великой Отечественной войны – за это достижение фабрике «Парижская коммуна» в 1943 году было вручено Красное Знамя Государственного комитета обороны.

Внедрение компьютерных технологий - принципиально новое направление модернизации предприятия

Новый молодой министр легкой промышленности РСФСР А.А. Бирюков вручает знамя молодому генеральному директору МПТОО «Заря» А.А. Никитину.

      Ориентация производства и моделирования на покупательский спрос, изучение большого массива данных в ходе реализации системы «цех – прилавок» требовали изменения подходов к обработке информации. Необходимость более оперативно реагировать на изменения моды, активно развивать ассортимент, сокращая сроки проектирования и внедрения в массовое производство новых моделей, также заставляла искать решения проблем на пути компьютеризации процессов. Появлялось в цехах оборудование с числовым программным управлением, устанавливалась робототехника. Создавались целые автоматизированные участки по обработке и сборке деталей и даже линии. Одними из первых в отрасли обувщики «Парижской коммуны» начали освоение оборудования для автоматизации трудоемких заготовочных операций.

 

      В статье начальника технологической лаборатории С.В. Карцева, опубликованной в отраслевом журнале «Кожевенно-обувная промышленность» № 9 за 1989 г. (в те годы издание было органом Минлегпрома СССР и Центрального правления Всесоюзного научно-технического общества легкой промышленности) читаем: «Фабрика «Парижская коммуна» является базовым предприятием по испытанию последних разработок обувного оборудования как отечественного, так и зарубежного производства. Освоены машины различных модификаций для двухпозиционной затяжки пяточной и геленочной частей заготовки. Внедрен в технологическую цепочку роботизированный комплекс с программным обеспечением для затяжки и влажно-тепловой фиксации на колодках одним оператором. В течение двух последних лет (1987-89) на фабрике «Парижская коммуна» для массового производства изготавливается заготовка школьного и мальчикового ассортимента на швейных автоматах с микропроцессорным управлением. Их внедрение позволило расширить ассортимент, обеспечить стабильность качества заготовки, повысить производительность труда за счет сокращения вспомогательных операций и скорости сострачивания деталей. Автомат позволяет за один прием выполнить до 60 процентов сборочных операций. Применение новых подработок материалов кожевенными заводами заставляет под другим углом зрения рассматривать внедряемый ассортимент обуви в плане рационального использования материалов».
      Далее С.В. Карцев рассказал о том, что в конце 1988 года головное предприятие объединения «Заря» фабрика «Парижская коммуна» совместно с ЦНИИКП занималась освоением методики помодельного нормирования использования кож для верха обуви с учетом конструктивных особенностей конкретных моделей или их комбинаций, об автоматизации процесса формирования управляющих раскроем компьютерных программ. Их использование позволило оперативно вводить информацию, видеть на экране дисплея все возможные варианты совмещения деталей каждого комплекта по кратности к ширине заданного материала и выбирать оптимальную систему раскроя.
      Реконструкция и техническое переоснащение «Парижской коммуны» совпало со временем интенсивного развития компьютерной техники во всем мире. В 1987 году, были закуплены для машиносчетной станции «Парижской коммуны» вычислительные машины «Искра» - предшественник отечественных персональных компьютеров. Их приобретение для предприятия легкой промышленности по тем временам было достижением и удачей. Именно с их освоением и связан был приход на фабрику молодого инженера-программиста Сергея Аникина, который работал тогда в АСУ проектного института. Впоследствии ему было поручено сформировать и возглавить в МПТОО «Заря» отдел информационных технологий. Разработка интегрированной автоматизированной системы управления производством (ИАСУП – МПТОО «Заря»), предназначенной для комплексной автоматизации основных функций организационно-экономического и технологического уровней управления, велась объединением совместно с ВНИПИ АСУлегпрома.
      - Я пришел на машиносчетную станцию «Парижской коммуны» в самом конце 1987 года, - вспоминает начальник отдела информационных технологий С. А. Аникин, - на должность ведущего инженера. Мне было 29 лет. Ближайшей моей задачей было переводить постепенно станцию с табуляторов на более современную технику, для чего и оказались приобретенными две машины «Искра»-555 со специальными дискетами в 128 килобайт памяти. У них был свой язык «ямб», именуемый «язык машин бухгалтерский», Я писал программы, опираясь на существовавшие ранее наработки, например, на систему автоматизированного учета основных фондов. Однако автоматизация бухгалтерского учета была первоначальной по срокам, но далеко не единственной задачей. И сразу при моем приеме на работу речь шла о более широких перспективах автоматизации управления производством. Принимал меня и беседовал сам генеральный директор Александр Александрович Никитин, он был немногим старше меня и возглавлял объединение чуть более полугода. Он говорил со мной увлеченно, с глубоким интересом, связывая большие надежды с организацией вычислительного центра как базы интегрированной автоматизированной системы управления производством. Были закуплены машины СМ 1420 киевского завода, очень для того времени неплохие, и даже не очень большие по габаритам. Нам выделили для них помещение.

      В конце 80-х годов в кратчайшие сроки закладывались основы для дальнейшего развития системы автоматизированного управления производством, ставшей впоследствии фундаментом мощной, многоуровневой корпоративной информационной системы управления, которая в 2000-е годы позволит эффективно управлять множеством сложнейших процессов происходящих на предприятиях группы «ЗАО «МОФ «Парижская коммуна».
      - Следующим значимым этапом стало для нас освоение первых импортных компьютеров, - продолжает С.А.Аникин, - он наступил вскоре при получении большого комплекса персональных компьютеров фирмы IBM. Мы закупили сразу 57 машин. Из них – три сервера, шесть средних РС, остальные - поменьше, так называемые «тридцатки» типа ХР. Это открывало огромные возможности как для нашего подразделения, так и всей «Парижской коммуны», и свидетельствовало о большом доверии руководства отрасли к инженерному коллективу предприятия и об авторитете нашего молодого директора в правительственных кругах страны. Трудно передать, как мы рады были новым машинам, как интересно было работать. Мы осваивали их с огромным энтузиазмом. В этом важнейшем деле участвовало много талантливых замечательных инженеров-обувщиков различного профиля. Мы создали первую на «Парижской коммуне» локальную сеть, а, точнее, первую автоматизированную информационную систему, включающую уже не только бухгалтерский учет, но и оперативное управление раскройным, заготовочным и пошивочным производством. Мы занимались задачами по автоматизации основных функций организационно-экономического и технологического уровней управления вместе с ВНИПИ АСУлегпрома. И, по-моему, их специалистам было тоже очень интересно, потому что прежние наработки были связаны у них с текстильными или швейными предприятиями, а обувная отрасль сильно отличается своей спецификой. И были такие области, где никаких примеров и аналогов просто не было. Мы переводили на язык программирования алгоритмы по раскрою и укладке кож в интеграции с CAD/CAM-системой и т.п. И каждый раз было очень приятно работать с инженерами нашей «Парижской коммуны», видеть и понимать, что имеешь дело со специалистами очень грамотными, опытными, знающими. Многое из того, чем мы занимались, являлось принципиально новым, так как среди обувщиков мы оказались первопроходцами.

Новый уровень организации труда и управления

На снимке: государственная комиссия (председатель Г.В. Муханов) по защите дипломных проектов Московского кожевенно-обувного техникума, вечерний филиал которого был у нас на фабрике Снимок предан редакции М.И. Никитиной, в 70-80-х годах в отделе кадров она курировала учебу молодежи.

Внедрение новой техники и технологии на рубеже 70-80 годов, реконструкция фабрики вызывали необходимость повышения квалификации кадров, требовали притока новых высокообразованных специалистов на предприятие, выпускников вузов. Соотношение численности молодых специалистов с высшим и средним специальным образованием было примерно 6 к 4. Некоторые выпускники техникумов (в основном — Московского кожевенно-обувного), придя на фабрику, поступали в вузы. Продолжали образование без отрыва от производства. С 1980 года до 1985-го число студентов-вечерников и заочников среди специалистов и рабочих фабрики возросло вдвое.

Молодым инженерам, их профессиональному росту, выявлению творческих возможностей, технических интересов и их развитию на «Парижской коммуне» уделялось много внимания. В 1977 году создан совет молодых специалистов. Его возглавил главный инженер объединения Валерий Иванович Матюшин, которому в это время только что исполнилось 30 лет. Совет активно включался в решение многих сложных технических задач, стоящих перед предприятием. Так, при освоении новой техники показали себя грамотными специалистами выпускники МТИЛП И.Журавлев, В. Сухов, В.Козлов. Вновь пришедших из вузов молодых инженеров вовлекали в рационализаторскую работу. Бюро рационализации и изобретательства разрабатывало вместе с советом молодых специалистов задания для начинающих.
Общая численность инженерно-технических работников в объединении «Заря» в возрасте до 30 лет к середине 80-х годов по сравнению с 1980-м за пятилетие возросло больше чем на 9 процентов. Среди них удельный вес дипломированных сотрудников увеличился с 75,6 % до 83%. Количество практиков без соответствующего образования работающих на инженерно-технических должностях, сократилось больше чем вдвое.
Двое среди руководителей объединения: главный инженер А.А. Никитин (вступивший в эту должность, как и его ближайшие предшественники, в 30-летнем возрасте) и начальник отдела управления качеством Б.С. Чертков — имели на тот момент ученую степень кандидатов технических наук.
Принадлежность технического руководства предприятия к научному сообществу в период перехода ко второму этапу реконструкции фабрики становилась все более актуальна. Перевод производства и инженерных служб в новые просторные здания, техническое переоснащение, освоение новых технологий предусматривали новый уровень организации труда и управления. Этого невозможно было бы достигнуть без активного развития плодотворного творческого сотрудничества инженеров «Парижской коммуны», а также и всего МПОО «Заря» в целом, с учеными и специалистами различных научно-исследовательских институтов, вузовских кафедр, проектных организаций.
Опыт такого взаимодействия был богатым и разнообразным, начиная с первых лет существования фабрики, но только в середине 70-х годов эта деятельность приобрела целенаправленный плановый характер. Впервые была разработана и принята комплексная программа по научно-техническому содружеству обувщиков «Парижской коммуны» с коллективами учреждений науки (использование достижений в деле освоения новых материалов, технологических процессов, высокопроизводительного оборудования и контрольно-измерительных приборов, повышение квалификации специалистов и рабочих фабрики). Она включила мероприятия по 66 темам (первоначально их было 63, но по ходу реализации программа была дополнена). Итоги ее выполнения за пятилетний период (условная годовая эффективность составила 700 тыс. рублей) показали, какой мощный потенциал открывает новая форма организации взаимодействия производства и науки.
Новый план содружества на пятилетие 1981-85 гг. охватывал более широкую область совместной деятельности обувщиков «Парижской коммуны» с НИИ, вузами и другими исследовательскими учреждениями, намечалось осуществить мероприятия по 84 темам.

В центре торгового зала был установлен подиум

Фирменная торговля, становление которой в нашей стране началось в конце 60-х и в 70-е годы, должна была стать одним из инструментов изучения покупательского спроса, определения потребностей рынка. Вернее, задачами фирменных магазинов считалось не только изучение, но и формирование спроса населения. Они создавались для активного воздействия на осуществляемое промышленными предприятиями обновление ассортимента, его улучшение, для обеспечения действенного влияния на повышение качества товаров, на усовершенствование работы по их предпродажной подготовке и доставке покупателям, на повышение уровня проведения консультаций покупателям.

До 1979 года фирменную торговлю обувью МПОО «Заря» осуществляли секции универмагов ГУМ, «Детский мир» и специализированный магазин, открытый в 1965 году в Москве на Сретенке, дом 26, который так и назывался «Обувь». Там велась торговля продукцией, представляемой Общесоюзным Домом моделей обуви и выпускаемой предприятиями МПОО «Заря», а также объединения «Восток» и других. Магазин отличался активным взаимодействием с покупателями. Регулярно осуществлялись опросы общественного мнения о новых моделях, появление которых на прилавках предварялось заранее вывешенными в интерьере торгового зала красочно оформленными чертежами и плакатами, показывающими, за счет каких элементов будет достигаться комфортность обуви, ее гигиеническое совершенство. Организовывались выставки-продажи. Проходила демонстрация перспективных моделей на подиуме.

Первый фирменный региональный магазин МПОО «Заря» было решено открыть в Туле, так как в городе и области нашим объединением были созданы обувные предприятия на участках, освободившихся от угольных шахт, выработавших ресурс, с привлечением их кадрового потенциала. По согласованию с Тульским горисполкомом Московское производственное обувное объединение «Заря» открыло в областном центре свой фирменный магазин, второй по счету.

Меньше, чем через год, в июне 1980 года у МПОО «Заря» появился еще один магазин в Москве на Ленинградском шоссе по продаже детской и женской обуви. Он был назван «Модная обувь», и поставляемая продукция соответствовала его предназначению и концепции фирменной торговли для продукции легкой промышленности. Высокая культура обслуживания покупателей была главной особенностью нового магазина, который был оснащен наиболее современными техническими средствами по формированию и изучению покупательского спроса. Здесь был механизирован процесс передвижения товаров. Лучевой фотоэлемент определял количество покупателей, посетивших магазин, также велся учет тех из них, кто совершил покупки. Был установлен механический регистратор для сбора мнений о потребительских и эстетических свойствах новых моделей обуви. С помощью комплекта измерительных приборов покупатель мог правильно определить размер и полноту стопы.

Оба новых торговых предприятия, как в Туле, так и на Ленинградском шоссе, торговали только той обувью, что выпускалась в объединении «Заря». Они быстро приобрели популярность, и это показало, что покупателю небезразлично, обувь какого предприятия он приобретает. Одновременно также и само появление фирменных магазинов способствовало всплеску интереса к торговой марке обувщиков «Зари», известности «Парижской коммуны», других предприятий объединения, повышению их авторитета как давно и успешно производящих обувь фабрик. Свои фирменные магазины способствовали созданию у покупателей четкого и правильного представления о возможностях «Парижской коммуны» и всего объединения, о перспективах их развития, об уровне технической оснащенности, об успехах инженеров и рабочих, о деятельности модельеров, которые создают образцы на основе лучших свойств предыдущих моделей, гармонично дополненных новыми конструктивными решениями.

В августе, вскоре после открытия магазина «Модная обувь» на Ленинградском проспекте, там был проведен первый показ новых моделей обуви фабрики «Парижская коммуна» и других предприятий объединения. Для этого в центре торгового зала был установлен подиум. Вместе с обувщиками в организации показа участвовали швейники Московского объединения «Женская мода». Содружество модельеров двух ведущих подотраслей легкой промышленности наглядно демонстрировало идею стилистического единства ансамбля обуви и одежды. Предваряя выход на подиум манекенщиц, художник-модельер центральной лаборатории «Парижской коммуны» Л.К. Вернер в коротком вступительном слове сформулировала принципы, которыми следует руководствоваться при создании гармоничного сочетания обуви и одежды, рассказала о направлениях моды. В ту пору силуэт нарядной женской обуви предполагал, что носочная часть будет выполнена в виде зауженного овала или скругленного каре. Каблуки у таких моделей, как правило, прямые или скошенные с выступающим фронтоном. Комментировала демонстрацию моделей Л.К. Вернер попеременно с художником-модельером Л.А. Солнцевой из швейного объединения «Женская мода».

Зрительские кресла разместились вокруг выставочного помоста. Желающих посмотреть и оценить новые модели собралось очень много. Всем участникам были розданы комплекты карточек: розовые и синие. Одобрение модели они выражали, поднимая розовые карточки, именно этот цвет и был чаще всего в ходу во время показа.

Без остановки производства

Начиналась реконструкция строительством западного производственного корпуса (ЗПК) общей площадью 11 тысяч квадратных метров. На первом этапе осуществления проекта ГПИ-2 на «Парижской коммуне» основное производство не затрагивалось и могло продолжать выпуск продукции в объемах, предусмотренных народнохозяйственным планом. Давалось это с большим напряжением из-за отсутствия снесенных помещений вспомогательных подразделений и целого ряда служб ОГМ. Были переведены в другие помещения кузница, жестяная мастерская, строительный цех, склады корпуса № 19 и другие.

При парткоме фабрики был создан штаб по контролю над проведением реконструкции, в который вошли представители строительной организации и проектного института. Был утвержден план содружества коллективов обувщиков и строителей, который предусматривал помощь в организации питания строителей в обеденный перерыв (ужин для второй смены), в обеспечении их продуктовыми заказами, путевками в дом отдыха и профилакторий. Родителям детей-школьников предоставлялись путевки в пионерлагерь «Заря». Социалистические обязательства, принятые совместно трестом Мосстрой-20 Главмосстроя, институтом ГПИ-2 и объединением «Заря», определяли задачи коллективов каждой из сторон. Так, одной из мер помощи было выделение фабрикой на стройку ежедневно по 15-20 рабочих. Кроме того, общественными организациями регулярно организовывались массовые субботники.

В условиях крайнего дефицита площадей, нужно было синхронизировать доставку оборудования и его установку, так как хранить его было практически негде. Проблемы, возникающие у строителей администрация «Парижской коммуны», ее инженерные службы старались решать вместе с подрядными и субподрядными организациями. Так, например, отсутствие в строящемся здании тепла из-за задержки с остеклением ЗПК и установкой в нем системы отопления до прихода холодов осенью 1977 года стало препятствовать обеспечению фронта работ. На заседании штаба было принято решение о подаче тепла с фабрики по временной схеме поэтажно, начиная снизу. Первоначально стекла ставились только в наружные рамы, окончательно остекление было завершено после того, как монтаж постоянной системы отопления был окончательно выполнен во всем корпусе. Это позволило раньше войти в него электрикам, бетонщикам по укладке полов, отделочникам, монтажникам.

Техническими службами предприятия под руководством главного механика Г.В. Соловьева, ремонтно-механическим цехом (начальник С.К. Иванов), электроцехом (начальник А.В. Галецкий) изготавливалось нестандартное оборудование для ЗПК. В том числе — вертикальные сушилки, вентиляционные фонари, вытяжные шкафы, термостаты, электроприборы для отделочного участка, коробочный агрегат для участка упаковки, множество различных металлоконструкций и приспособлений и др. Велся монтаж конвейеров. Общими усилиями подрядных, субподрядных строительных организаций и заказчика-фабрики западный производственный корпус (ЗПК) был подготовлен к сдаче государственной комиссии к 25 декабря 1978 года и был принят с оценкой «хорошо». На снимке: строители передают генеральному директору МПОО «Заря» Г.В. Муханову символический ключ от ЗПК.

Большое внимание ходу реконструкции «Парижской коммуны» оказывало Министерство легкой промышленности СССР, во главе с министром Н.Н. Тарасовым. Часто бывал на предприятии министр легкой промышленности РСФСР Е.Ф. Кондратьков. Важная роль в техническом переоснащении фабрики принадлежала молодому заместителю министра легкой промышленности РСФСР А.А. Бирюкову. К началу министерской деятельности он располагал опытом комплексного внедрения прогрессивных технологий, создания нового обувного производства, а также комплектной поставки зарубежного оборудования для предприятий легкой промышленности. 70-е годы стали для обувной индустрии периодом активного освоения научно-технических достижений.

При подготовке и пуске в эксплуатацию ЗПК производство не останавливалось ни на сутки. Поточные линии переводились в новый корпус в субботние и воскресные дни. При этом незавершенное производство сохранялось, а затем передавалось в новый цех, где использовалось для загрузки конвейеров и сушилок. В результате готовая продукция была выпущена на новом месте в первый же день после перевода потоков цеха № 8 (начальник В.Г. Буянова) и обеспечена работа в 2-сменном режиме.

Преобразование отдела моделирования обуви «Парижской коммуны».

В 1977 году отдел моделирования обуви «Парижской коммуны» был преобразован в художественно-конструкторское бюро (ХКБ), получившее статус централизованного органа всего объединения «Заря» и руководящего процессом разработки новых образцов для выпуска как на головном предприятии, так и в филиалах. Создание такой моделирующей структуры давало возможность наиболее полного использования преимуществ крупного предприятия, его целью было повышение результативности и гибкости управления в таком основополагающем направлении деятельности как разработка новых видов и моделей обуви. В коллективе ХКБ работали известные в отрасли модельеры Елена Тихоновна Старкова, Константин Иванович Епифанов, Галина Федоровна Павелко, Тамара Георгиевна Смирнова, которая была назначена начальником нового бюро. Руководил формированием и развитием ассортимента заместитель главного инженера объединения Лев Абрамович Беккер. В создании новых видов обуви, во внедрении их в массовое производство принимали активное участие специалисты центральной лаборатории и других служб объединения.

Спустя несколько месяцев после создания ХКБ, в конце 1977 года, результативность его работы проявилась вполне определенно. «За разработку трех новых видов обуви мы получили оценку «отлично», — сообщила начальник ХКБ Тамара Георгиевна Смирнова в газетной статье «Обувь — на радость людям» («Коммунар» № 5545 от 6 декабря 1977 г.), — увеличилось производство продукции, отнесенной к высшей категории качества. На сегодня 113 моделей обуви мы выпускаем с индексом «Н». Из 470 моделей, предложенных нами на оптовой ярмарке, торгующими организациями закуплено 410. Многие конструкции требуют новых технологических решений, при их изготовлении используются новые кожевенные и текстильные материалы. Полностью обновлен ассортимент обуви в цехах № 1, 4, 9, то есть на 18 потоках. Их новая продукция успешно реализуется, улучшились все технико-экономические показатели их работы.


На снимке (1980 г.) (справа налево) А.С. ДВОРНИКОВА начальником БРИЗ М.Ф. БОРИСОВА, начальник цеха № 6 Т.А. ГОРОДИСКАЯ, инженер-нормировщик цеха № 7 Р.А. ЧИВИЛЕВА.

Статья Т.Г. Смирновой была опубликована на специальной тематической странице «Новый ассортимент: трудности внедрения». Здесь же высказали в коротких деловых заметках свои замечания и пожелания в адрес ХКБ руководители цехов. Начальник цеха № 4 Валентина Сазоновна Корнакова под заголовком «Переделки настораживают» критикует модельеров за то, что несовершенства образцов не выявляются своевременно, до запуска в массовое производство. Примерно о том же на своих примерах говорит в заметке «Ближе к производству» заместитель начальника цеха № 6 Тамара Васильевна Бровкина и призывает специалистов ХКБ лучше учитывать «особенности оборудования, трудовых ресурсов и другие факторы». «Чаще бывать в цехах» призывает заголовком и текстом своей публикации начальник цеха № 7 Антонина Семеновна Дворникова: «Что мешает своевременному обновлению ассортимента? Не хочется сваливать всю вину на модельеров, в коллективе которых давно уже трудятся такие добросовестные и опытные работники, как Евдокимова, Данин, Бутенина и другие. Но все же есть к ним претензии вот какого характера: не передают они молодежи свой опыт, долголетние привычки, что ли, ежедневно наведываться в цехи и выяснять, как идет их модель. А молодежь еще не приучена либо не считает нужным бывать у нас и следить за ходом внедрения. Такая невнимательность, я бы сказала даже, пренебрежение, приводит к потере времени на устранение недочетов модельера и срыву производственного плана».

В той же тематической подборке присутствует (в виде короткой реплики) заметка «Изготовление резаков — под строгий контроль» заместителя начальника ОТК Карлоса Арменаковича Саакяна. С цифрами в руках автор показывает потери из-за неиспользованных резаков и делает вывод: «при разработке новых моделей конструкторы в обязательном порядке должны приходить в цехи на совет». Эту тему развивает в своей статье начальник отдела подготовки производства Мария Васильевна Чистова. Сообщив, что обновление ассортимента в текущем году составило 70 процентов, она информирует, что за восемь месяцев их отдел подготовил к запуску 192 модели при плане 215. Для остальных препятствием к внедрению стала трудоемкость их производства. Зато дополнительно к программе обработано 26 предназначенных к внедрению моделей с учетом нового, недавно поступившего на фабрику оборудования.

Период разработки и согласования проекта реконструкции обувной фабрики «Парижская коммуна» был очень непростым.

На снимке: молодой генеральный директор МПТОО «Заря» Александр Александрович Никитин рассказывает о ходе реконструкции «Парижской коммуны» на ярмарке в 1988 году заместителю министра легкой промышленности РСФСР Виктору Романовичу МЕЛЕХОВУ перед объемным макетом, который ныне - экспонат музея.

Период разработки и согласования проекта реконструкции обувной фабрики «Парижская коммуна» был очень непростым. Острую полемику вызывали подходы к решению задачи. Для руководства и коллектива предприятия представлялось наиболее правильным сохранить единство ее территории, строить новые корпуса на месте прежних старых приспособленных зданий фабрики и других сооружений, многие из которых на тот момент находились в полуаварийном состоянии. Этот вариант был сложен и для проектирования и для исполнения, прежде всего из-за месторасположения в историческом центре столицы.

Поэтому оказалось немало сторонников создания новых корпусов «Парижской коммуны» на другой площадке в окраинном районе Москвы или за городом. При этом стоимость проектных работ и строительства оказалась бы значительно ниже. Однако возможность наращивать мощности в стране экстенсивными методами в 70-е годы оказалась практически исчерпанной, остро актуальными стали проблемы эффективного использования капиталовложений. О них шла речь, например, на заседании научно-технического совета министерства легкой промышленности РСФСР.

Начальник Росглавобуви Л.В. Пузыня, сообщив, что на 10-ю пятилетку выпуск обуви в стране намечено увеличить на 18,6 процента к уровню 1975 года (что составит 375 млн. пар) подчеркнул, что «70 процентов прироста будет осуществлено за счет технических мероприятий и лишь 30 — за счет капиталовложений. При этом большая их доля пойдет на обновление оборудования. Если в 9-й пятилетке на техническое перевооружение выделялось 40 процентов капиталовложений, то в 10-й — 57 процентов. Остальная часть пойдет на реконструкцию предприятий. Прирост мощностей в целом по обувной промышленности намечен в объеме 67 миллионов пар, при этом за счет нового строительства — более трети от него (24 миллиона пар). Решать эту задачу нужно, прежде всего, за счет мобилизации внутренних резервов предприятий, делать ставку на те коллективы, которые в состоянии использовать государственные средства с наибольшей эффективностью».

При таком подходе опыт Московской обувной фабрики «Парижская коммуна» в области реконструкции и технической модернизации (без остановки производства на протяжении более чем полувековой истории развития) оказался ценным, полезным и важным для решения о постепенном возведении новых корпусов на старой фабричной площадке при непрерывной работе фабрики и наращивании объемов выпуска обуви.

Веским аргументом в защиту позиции администрации, трудового коллектива, его общественных организаций по сохранению исторического месторасположения фабрики стало также то, что в 30-е годы в непосредственной близости от нее в Замоскворечье были созданы профильный вуз, отраслевые научные учреждения. С первых дней их существования «Парижская коммуна» установила с ними и постоянно поддерживала прочные и плодотворные связи и контакты. Это закрепило роль предприятия как первопроходца в освоении новых технологий, экспериментальной площадки для внедрения передовых методов в области конструирования обуви, управления производством, повышения его эффективности и культуры, промышленной санитарии, охраны окружающей среды и других. Широко и полно используя возможности столичного предприятия, «Парижская коммуна» активно распространяла передовой опыт не только внутри своего объединения, но и оказывала мощное влияние на обувную отрасль страны. Москворецкий исполком столицы, общественные организации района поддержали коллектив «Парижской коммуны» в его стремлении не покидать свою старую территорию и осуществлять строительство новых корпусов, не прекращая работу по выпуску обуви. В итоге предприятию удалось отстоять возможность вести реконструкцию на своей территории без остановки производства. Чтобы сохранить традиции одной из старейших в стране фабрик промышленного изготовления обуви, сберечь прославленный коллектив как флагман обувной отрасли, учитывая, что срок окупаемости реконструированных действующих предприятий много меньше, чем вновь создаваемых, ГПИ-2 было рекомендовано разработать проект реконструкции фабрики «Парижская коммуна» на существующей площадке.

Возможности для развития в старых корпусах фабрики «Парижская коммуна» полностью исчерпаны

Косыгин А.Н.

Ровно 40 лет назад в сентябре 1972 года произошло яркое событие, имеющее большое значение для всей дальнейшей истории фабрики, предопределившей пути ее реконструкции и развития. К нам на «Парижскую коммуну» приехал председатель Совета Министров СССР А.Н. Косыгин. Он бывал здесь не раз и прежде. О том, чем вызвана была необходимость реконструкции предприятия, рассказывается в первой главе «Новые корпуса – на старой площадке» новой книги об истории фабрики. Публикуем отрывок из нее.

Реконструкция и реорганизация производства на базе старых корпусов «Парижской коммуны», техническое перевооружение цехов велись постоянно вплоть до середины 70-х годов. Так, например, в начале 70-х годов закройный цех пережил второе рождение, там впервые в отечественной обувной промышленности были установлены полуавтоматические транспортные устройства. Частичная его реконструкция проводилась и ранее - в 60-е годы, но ручных вспомогательных операций оставалось еще много. Комплексная механизация, проведенная в период девятой пятилетки (1971-75 гг.), значительно улучшила условия труда, повысила его производительность и культуру, способствовала росту выпуска продукции на предприятии в целом.

Заместитель генерального директора по строительству, ветеран «Парижской коммуны» более чем с полувековым стажем Г.И. МАЛИНИН, рассказывая о том, что надстройка этажей на старых корпусах (№№ 7а, 8) продолжалась даже в начале 70-х годов, подчеркивал, что в них уже размещали только бытовые помещения, комнаты гигиены, буфеты, кладовые. Перекрытия зданий больше не позволяли расширять производственные площади, устанавливать новую технику. Возможности для развития «Парижской коммуны» в ее старых зданиях к тому времени были полностью исчерпаны, наступил предел.


Генеральный директор Александр Александрович НИКИТИН вручает ветерану «Парижской коммуны» с 59-летним стажем, бывшему начальнику отдела капитального строительства Анатолию Ивановичу НИКИТИНУ свидетельство о занесении его имени и портрета в Книгу Почета предприятия.

- Из-за неудобной конфигурации корпусов бывшего текстильного производства Михайловской мануфактуры, - объяснил бывший начальник отдела капитального строительства, тоже ветеран фабрики со стажем более полувека, А.И. НИКИТИН, - большинство производственных потоков «Парижской коммуны» уже в 50-60-е годы не соответствовали оптимальной мощности современного для того времени обувного предприятия. Непротяженные по длине здания, возведенные в ХIХ веке для ткацких цехов, далеко не во всем подходили для конвейерных технологических процессов изготовления обуви. Приспособленные для создания 1-й Государственной фабрики механизированного производства обуви в Замоскворечье в начале 20-х годов старые помещения заставили производство приспосабливаться к своим стенам (прочным и надежным – здесь не поспоришь!) на протяжении 50 лет. Что, конечно, было связано с целым рядом сложностей и проблем. Практически все цеха у нас были почти полностью лишены подсобных помещений для хранения заготовок, вспомогательных материалов, готовой продукции. Производственные подразделения оказались размещенными далеко не всегда с учетом логики и последовательности технологии выпуска обуви, что затрудняло организацию рациональных грузопотоков при устройстве транспортных путей. Количество и расположение бытовых помещений категорически не соответствовало нормативам. Руководство предприятия, профком и другие общественные организации ставили вопрос о необходимости полной реконструкции фабрики «Парижская коммуна» перед городскими властями и в отраслевых министерствах.

Решающим поворотным моментом для принятия решения о полной реконструкции предприятия стало посещение фабрики председателем Совета Министров СССР А.Н. Косыгиным, которое состоялось в сентябре 1972 года. Совет Министров СССР предложил Министерству легкой промышленности страны разработать проект реконструкции фабрики «Парижская коммуна» и ее коренного технического перевооружения в целях улучшения ассортимента и качества продукции, увеличения объема производства, улучшения бытовых условий работающих.

Новый цех для модной женской обуви

На снимке начала 80-х годов: мастер цеха № 37 И.В. Морозова и технолог М.С. Кузьмина с сотрудниками выходной торговой базы.

В конце 70-х годов на втором этаже ЗПК-1 создается для производства особо модной женской обуви новый цех № 37. По существу, это был не совсем цех, а, скорее, своего рода мини-фабрика по механизированному производству нарядной женской обуви в широком ассортименте мелкими сериями. Для нее было установлено новейшее импортное оборудование для изготовления деталей низа, для раскроя, для пошива заготовок и для сборки готовой обуви.

Коллектив подбирали из самых талантливых и умелых работников. Первым начальником в 37-й цех был назначен Виктор Иванович Логунов. Позже, когда он был направлен работать во Вьетнам, он передал, как говорится, «бразды правления» Валерию Нажмутдиновичу Докшукину. Возглавляли данный коллектив впоследствии также Федор Николаевич Курков, а затем Сергей Владимирович Палиевский. Ирина Васильевна Морозова пришла на фабрику в 1979 году по окончании МТИЛП мастером цех № 1 - самый крупный в то время. При создании 37-го цеха ее пригласили перейти туда. Это было большой честью для столь молодого специалиста, признанием заслуг, таланта. Работа здесь была очень полезна для профессионального становления, хотя и требовала большой отдачи сил, заставляла все время учиться.

37-й цех задумывался не просто как школа для специалистов и рабочих фабрики, идея была гораздо глубже. Когда принималось решение о закупке за рубежом такой мини-фабрики, ставилась конкретная задача и перед «Парижской коммуной», и перед всеми нашими смежниками, как входящими в систему легкой промышленности, так и других отраслей (например, химиков). Нужно было в короткие сроки обеспечить разработку аналогов всего того, что поступает из-за рубежа, то есть создать отечественные материалы с соответствующими свойствами, а также красители, фурнитуру, различные виды отделок и все прочее, что позволяло бы без ущерба качеству производить модную мелкосерийную продукцию. Специфика обувного производства такова, что оно может по-настоящему двигаться вперед только тогда, когда одновременно с ним развиваются и совершенствуются наши многочисленные поставщики. Наш 37-й цех, таким образом, послужил прообразом для создания самых современных обувных предприятий, которые впоследствии стали строиться.

Московская обувная фабрика «Парижская коммуна» становится головным предприятием
МПОО «Заря».

Начало 60-х годов ХХ века для отечественного производства стало временем создания объединений во многих отраслях промышленности. Укрупнение хозяйственных единиц способствовало совершенствованию организации их управления. В ту пору - полвека назад – Московская обувная фабрика «Парижская коммуна» становится головным предприятием МПОО «Заря». Работа по созданию объединения была поручена К.А. Соколову, бывшему директору Московской обувной фабрики им. А. Капранова, которой он руководил с 1953 по 1962 год.

Константина Антоновича Соколова хорошо знали в коллективе «Парижской коммуны», где он трудился с довоенных лет. Сначала с 1929 года – рабочим. В 1931 году был направлен на учебу в Московский кожевенно-обувной техникум, по окончании которого молодым технологом вернулся на фабрику. В последующие годы руководил лабораторией, избирался секретарем комсомольской организации фабрики, был начальником корпуса, секретарем парткома, главным инженером. В 1944 году был переведен в наркомат легкой промышленности РСФСР и до 1948 года был заместителем наркома, затем был назначен начальником Росглавобуви Министерства легкой промышленности РСФСР.

В период становления МПОО «Заря» Константин Антонович Соколов был уже немолодым, опытным руководителем, известным в отрасли. Генеральным директором объединения он проработал более пяти лет: с 1962 года по 1968-й. При нем за успешное выполнение 7-летнего плана обувная фабрика «Парижская коммуна» Указом Президиума Верховного Совета СССР была награждена орденом Трудового Красного Знамени.

Способность консолидировать возможности разрозненных предприятий в единый комплекс были присущи «Парижской коммуне» изначально, со времени создания, когда в стены бывшей Михайловской мануфактуры трест «Москож» собрал пять мелких полукустарных обувных фабрик. Спустя три года на основе опыта организации машинного обувного производства «Парижской коммуны» ее руководителям директору Б.Б. Маргулису и техноруку П.М. Земзару было поручено создание в Москве еще одной механизированной фабрики «Буревестник». Однако дальнейшее развитие технически оснащенного обувного производства в Москве трест Москож вновь осуществил при участии «Парижской коммуны», сращивая постепенно с ее коллективом еще три небольших обувных фабрики: в 1927 году – предприятие Московского союза потребительских обществ и ботичную фабрику «Маяк», а в 1928 году – «Красный обувщик». Для осуществления этого проекта «Парижской коммуне» были отданы все пустующие корпуса Михайловской мануфактуры.

Опыт фабрики «Парижской коммуны» как объединяющего начала оказался востребованным не раз: и в период укрупнения производственных структур в отрасли в 60-70-е годы и впоследствии при формировании холдинговых структур управления при переходе к рыночной экономике в 90-е годы. Эти особенности анализирует в книге об управлении современным холдингом в промышленности, вышедшей в издательстве «Палеотип» в 2002 году наш генеральный директор А.А. Никитин.

Публикуем отрывок из ее главы «Анализ изменений структуры управления крупными промышленными предприятиями».
В 1963 г. (в соответствии с решением Мосгорсовнархоза от 18 июля 1963 г. № 578) было организовано объединение в составе обувных фабрик: «Парижская коммуна» (головное предприятие), «Заря Свободы» и нескольких предприятий, относившихся до этого к местной промышленности: №№ 3, 9, 11 и 12.

Целью этого было повышение эффективности производства за счет централизации ряда функций, вошедших в состав объединения предприятий как управленческих, так и производственных. В частности, была осуществлена централизация раскроя комплектов верха обуви для фабрик №№ 3, 11 и 12. В результате чего только за счет более рационального использования производственных площадей было обеспечено увеличение объема производства на 268 тыс. пар. Для всех предприятий объединения на головной фабрике централизованно стал осуществляться капитальный ремонт технологического оборудования, изготовление нестандартного оборудования и оснастки или их закупка. Был проведен ряд реконструкционных работ и других мероприятий по организационно-техническому совершенствованию производства. Основным направлением деятельности в этой области было создание условий для выпуска новых видов обуви, ее фасонов и моделей для удовлетворения растущего спроса населения.

Несмотря на увеличение выпуска продукции на присоединенных предприятиях, общий объем производства обуви в натуральном выражении снизился на 1142 тыс. парили на 6,7%, так по требованию торгующих организаций обуви, которая изготавливалась с небольшими трудозатратами, но перестала пользоваться спросом у населения. Одновременно был увеличен выпуск более трудоемкой обуви новых фасонов и моделей. Всего по объединению «Заря» половина всей обуви было произведено в новых моделях. В результате при снижении общего объема производства в натуральном выражении с 16 958 пар в 1962 г. до 15816 – в 1963г.( на 6,7 %), объем валовой продукции сократился лишь на 0,3%. Хотя в 1963 г. предприятия в условиях объединения работали менее полугода, проведенные мероприятия оказали положительное воздействие на все важнейшие экономические показатели, а именно: был обеспечен рост производительности труда на 1,8%; затраты на 1 рубль товарной продукции составили 82,4 коп. при плане 83,6 коп. (при пересчете на фактический объем и ассортимент данный плановый показатель должен был составить 84,8 коп.). Рентабельность основной продукции повысилась по сравнению с 1962 годом на 2 процента. Сумма прибыли достигла 11286 тыс. руб. На всех предприятиях объединения увеличился удельный вес первосортной продукции.

В 1964 году на предприятиях объединения «Заря» продолжилась работа по дальнейшей концентрации и специализации, реконструкции цехов и повышению их технического уровня, расширению и улучшению ассортимента обуви, внедрению новых материалов. В целях совершенствования управления было произведено слияние фабрик № 9 и № 12 в одну с присвоением ей номера «пять». В итоге за год выпуск модельной обуви возрос на 21,5%, утепленной – на 20,3%.

Первый пионерский отряд, созданный для детей обувщиков «Парижской коммуны»

Первый пионерский отряд появился на Красной Пресне. Наш отряд, созданный для детей обувщиков «Парижской коммуны», был 12-м по счету в Москве и одним из первых в Замоскворечье. На снимке 1924 года, размещенном на 54 стр. книги об истории нашей фабрики «Имени Парижской коммуны», мы видим ребят с флагом, на нем надпись «12-му отряду юных пионеров «Парижская коммуна». Рядом со знаменосцами барабанщик (слева) и горнист (справа). Характерная примета того далекого времени –в первом ряду трое ребят босиком. Сейчас нам трудно представить, что, оказывается, в 20-е годы летом московские детишки (в городе – даже в семьях наших обувщиков!). Пионерской организации страны исполняется 90 лет. Массовая детская организация была образована решением Всероссийской конференции комсомола 19 мая 1922 года. И отрядными вожатыми были комсомольцы. На 51 стр. книги «Имени Парижской коммуны» опубликованы воспоминания бывшего секретаря комитета комсомола П.В.Курочкина о жизни первого пионерского отряда.

В 1926 году мой закадычный друг Симка Попрыкин привел меня в пионерский отряд, организованный из детей рабочих фабрики «Парижская коммуна». Помещение для занятий и игр нам отвели в доме № 73 на Садовнической улице. Здесь у нас были несколько молотков, стамесок, рубанков, клей и гвозди, и мы целый день строгали, пилили, мастерили, маршировали под горн и барабан (как видим, детские отряды при фабриках были прообразом созданных впоследствии домов пионеров, преобразованных уже в наше время в центры досуга и творчества – ред.).
Отряд был небольшой. Многие родители не пускали к нам своих детей, выжидали, приглядывались, будет ли от этого польза. Вожатым у нас был молодой рабочий Лева Коган. Он разбил отряд на звенья, каждому звену придумал название. Мы сдружились, жили весело, интересно.
Летом мы выехали в пионерский лагерь. Собственно говоря, лагеря в современном понимании не было, мы жили в деревне, в крестьянских избах, недалеко от станции Ленинские горки. С деревенской детворой пионеры работали в поле, пропалывали овощи, картофель, сгребали сено и помогали метать стога, ну, и конечно, много играли, ходили в лес, плескались в реке.
Жизнь в нашем лагере строилась на самообслуживании, на добровольном выполнении общественных поручений. Каждый знал, что надеяться ему не на кого, что он в лагере полный хозяин и обязан выполнять любую работу. Я занимал «должность» заведующего продовольствием, чувствовал себя важной персоной, сам закупал продукты в лавке села ЯМ, а рано утром, согласно раскладке, которую составлял вожатый Лева, отпускал их поварихе. Звеньевые выделяли ей в помощь дежурных по кухне. Когда в конце августа мы уезжали в Москву, нас провожал отряд деревенских пионеров, в организации которого мы принимали горячее участие.
В 1928 году я окончил среднюю школу. «Кем быть?» - такой вопрос передо мной не стоял: я давно решил, что стану рабочим «Парижской коммуны». Но вот беда, попасть тогда на фабрику было не так-то просто: была безработица. В фабричном комитете комсомола написали обо мне ходатайство на биржу труда. И вот счастье: в начале октября бегу с долгожданным направлением на Шлюзовую набережную. В отделе кадров меня оформили подсобным рабочим в рантовый цех.
Не забуду день, когда переступил порог цеха. Все было необычно: и запах клея, кожи, и затяжные машины, стоявшие в ряд, и визг анклепфа, и люди, серьезные, сосредоточенные, знятые свои делом.
- Новичок? – спросил молодой рабочий, отрываясь от машины.
- Да.
- Хочешь работать на доппель-машине?
- Он еще спрашивает!
Молодым рабочим был Василий Блинов. Он и стал моим первым учителем на фабрике.





Пионерской дружины в обычном понимании нет сейчас в нашем лагере «Заря», но ребят в красных галстуках увидите всегда – это дежурный отряд. Они встречают гостей на КПП вместе с охраной, выполняют роль связных и провожатых, следят за порядком, накрывают столы перед едой, помогают убрать посуду – мало ли дел у дежурных?

Четверть века со дня вступления в должность генерального директора ЗАО «МОФ «Парижская коммуна» кандидата технических наук Александра Александровича НИКИТИНА

15 мая исполнилось четверть века со дня вступления в должность генерального директора ЗАО «МОФ «Парижская коммуна» кандидата технических наук Александра Александровича НИКИТИНА, ныне - доктора экономических наук, заслуженного работника текстильной и легкой промышленности, почетного работника науки и образования, лауреата премии Правительства РФ 2011 года в области науки и техники. С первых шагов своей деятельности в должности генерального директора МПТОО «Заря» (фабрика «Парижская коммуна» являлась его головным предприятием) 34-летний Александр Никитин участвовал в решении задач государственной важности в области развития международной производственной кооперации, при создании первых в стране производственно-торговых объединений, на «Парижской коммуне» нередко бывали правительственные делегации.

Как известно, конец 80-х годов был в стране временем активного расширения производственных мощностей в различных отраслях народного хозяйства. При этом, несмотря на большие усилия по автоматизации и механизации производственных процессов, высвобождающих трудовые ресурсы и позволяющих перераспределить силы внутри предприятий, рабочих рук все равно не хватало. Возможность пополнения производственного персонала крупных предприятий (столицы, областных центров) за счет населения малых городов и села оказалась на тот момент почти исчерпанной. И в ряде отраслей начали восполнять кадровый дефицит за счет привлечения иностранцев, в частности, свободных трудовых ресурсов Вьетнама. Эта проблема оказалась остро актуальной и для легкой промышленности. И решать ее в сфере производства товаров народного потребления предлагалось тем же способом. На совещании в Министерстве легкой промышленности СССР заслушивался вопрос об освоении новых мощностей. Вел обсуждение министр Клюев Владимир Георгиевич. Речь шла о компенсации недостающего персонала с помощью рабочих из Вьетнама, рассматривались конкретные детали в связи с выделением средств на расселение людей в общежитиях.


Александр Александрович НИКИТИН с министром легкой промышленности СССР Владимиром Григорьевичем КЛЮЕВЫМ и заместителем министра легпрома СССР Евгением Борисовичем БЫХОВСКИМ в одном из цехов второго восточного производственного корпуса «Парижской коммуны».

Неожиданно слово попросил молодой директор Московского объединения «Заря» А.А. Никитин, недавно утвержденный в своей новой должности, и сказал, что гораздо легче, правильней и целесообразней организовать производство на основе кооперации в самом Вьетнаме, чем везти людей сюда. Выступление его понравилось не всем, А.А. Никитин предлагал действовать вопреки утвержденной программе и уже привычному общепринятому на многих предприятиях Москвы порядку. Однако и отвергнуть аргументы молодого руководителя, который, тем не менее, опирался на многолетний успешный опыт своего предприятия в области международного производственного сотрудничества (с обувщиками Индии, Венгрии, с германскими и югославскими машиностроителями и т.п.) было невозможно, аргументы были вескими, примеры и доказательства убедительными.

Так удалось отстоять право МПТОО «Заря» идти своим путем восполнения недостающих кадровых ресурсов, исходя из того, что рациональнее посылать инженеров обувного производства из Москвы во Вьетнам, чтобы организовать там производство высококачественных заготовок, способствовать развитию местного производства, созданию рабочих мест. В дальнейшем жизнь доказала правильность этой позиции. А «Парижской коммуне» удалось избежать множества проблем, с которыми впоследствии столкнулись многие московские предприятия, которые пошли на то, чтобы пополнить нехватку рабочих кадров за счет вселения в свои общежития иностранцев.

Вьетнамцы с большим интересом и готовностью восприняли предложения руководства МПТОО «Заря» о развитии производственных кооперационных связей. Фабрику «Парижская коммуна» посещали делегации СРВ самого высокого уровня. В мае 1987 года вместе с группой вьетнамских коммунистов во главе с Первым секретарем ЦК компартии СРВ Нгуен Ванлинем сюда приехал Первый секретарь МКГ КПСС Б.Н. Ельцин, который бывал на предприятии и до этого. Вскоре после этого события «Парижская коммуна» встречала еще одну вьетнамскую делегацию специалистов-руководителей во главе с министром Ву Туаном.


Делегацию СРВ во главе с министром Ву Туаном ведет по цехам «Парижской коммуны» молодой генеральный директор МПТОО «Заря» кандидат технических наук Александр Александрович Никитин.

В соответствии с соглашением между правительством СССР и СРВ в области производства товаров легкой промышленности в 1987-1990 гг. и на период до 2000 г. был подписан протокол 1 августа 1987 г. об установлении прямых производственных и научно-технических связях между обувной фабрикой «Сагода» (город Хошимин) и МПТОО «Заря». Согласно заключенным контрактам на «Сагоду» вместе с материалами для производства заготовок обуви направлялась техническая документация, образцы изделий, оснастка, вспомогательное оборудование. Менее чем через полгода начались переговоры с другим предприятием из города Хошимина под названием «Говап» о производстве заготовок обуви с последующей поставкой их в Москву на фабрику «Парижская коммуна» - головное предприятие объединения «Заря» или на филиалы в Тульскую область на основе взаимного товарообмена.

В 1987 году, когда вся эта работа только началась, на предприятиях МПТОО «Заря» было изготовлено 50 тысяч пар с использованием вьетнамских заготовок. Через год объем был практически в четырнадцать раз больше. Коллекция женской и детской обуви, выпускаемой на основе кооперации с вьетнамскими коллегами, состояла из четырнадцати моделей.

С целью дальнейшего развития прямых производственных связей с предприятиями СРВ 16 декабря 1988 г. был подписан договор между МПТОО «Заря» и фабрикой «Фук-пен» о поставке ей оборудования на сумму 0,2 млн рублей для организации производства обувных заготовок, после установки которого в 1989 году «Фук-пен» должна была произвести 200 тысяч пар заготовок для «Зари». Вскоре начались переговоры о сотрудничестве объединения с вьетнамской обувной фабрикой «Ханой».

В итоге в целом объем поставок заготовок с предприятий СРВ для «Зари» в 1989 году приблизился к миллиону пар.

Лауреат Государственной премии СССР Лидия Корабельникова

Вторым в истории нашей обувной фабрики «Парижская коммуна» лауреатом Государственной премии СССР стала в 1951 году комсомолка Лидия Корабельникова, бригадир затяжного участка цеха «Парко».

15-летняя москвичка Лида Лукичева (девичья фамилия) в военном 1941 году, когда ее отец и двое старших братьев ушли на фронт, оставила занятия в школе и поступила в ФЗО нашего предприятия. Успешно освоив много пошивочных операций в бригаде своей наставницы Татьяны Качаловой, в 21 год Лидия возглавила комсомольско-молодежную бригаду затяжного участка цеха «Парко». В их бригаде трудилось 28 молодых рабочих и работниц, они обслуживали левую сторону конвейера и выполняли 11 пошивочных операций по изготовлению детского ботинка. Начальник цеха Любовь Марковна Хуторецкая вела с молодежью занятия. Собирая ненадолго в конце первой смены или перед началом второй, объясняла, как составляется план выпуска, определяется себестоимость продукции, как можно повлиять на ее снижение, каким образом можно повысить производительность труда, рентабельность, как обеспечить сокращение расходов.

Чтобы сшить детский ботинок, кроме основных материалов (кожи и текстиля), требовалось 42 вида фурнитуры и вспомогательных материалов. Каждый день перед началом смены бригадир Корабельникова получала их со склада, вечером проверяла расход и заметила, что одни члены бригады более бережливы, другие менее. Она выступила инициатором социалистического соревнования «За комплексную экономию сырья и материалов». Ее бригада, а затем и весь цех детской обуви стали работать по два дня в месяц на сэкономленном материале, выпуская 95 процентов первосортной обуви вместо 88 процентов по плану, наладив взаимный контроль качества продукции. Коллективу «Парко» первым на «Парижской коммуне» было присвоено звание цеха отличного качества.

Почин был подхвачен не только на фабрике, но и на других предприятиях различных отраслей. Книга Лидии Корабельниковой «Наш опыт комплексной экономии» была переиздана в Болгарии, Венгрии, Польше, Чехословакии.

Раскройщик Василий Матросов - первый в истории фабрики лауреат государственной премии СССР

В 1947 году Василий Иванович Матросов за внедрение новых высокопроизводительных методов труда был первым в истории коллектива фабрики «Парижская коммуна» награжден Государственной премией СССР. В конце 40-х годов широкое распространение в советской промышленности получило движение «Отстающих – до уровня передовых!», инициатором которого был закройщик Московской обувной фабрики «Парижская коммуна» В.И. Матросов. «Соревнуясь за досрочное выполнение 4-й пятилетки (1946-50), Матросов выполнил 4,5 нормы выработки при хорошем качестве кроя и значительной экономии кожи, - отмечается в Большой советской энциклопедии. – По предложению Матросова в 1946 году была организована бригада закройщиков, которой он передал свой опыт работы. Эта бригада за короткий срок более чем вдвое увеличила выпуск кроя. В 1947 году Матросов выступил с предложением разработать цеховые и общефабричные планы внедрения стахановских методов труда. Эти планы предусматривали улучшение технологии производства, организацию передовых методов труда. Вот как рассказывается о нем в книге «Имени Парижской коммуны».
В 1924 году 15-летний подросток Василий Матросов приехал в Москву из деревни Красный Стан Можайского района и поступил в школу фабрично-заводского ученичества при фабрике «Пролетарий». Закончив ее, он работал на обувной фабрике имени Капранова, где овладел профессией закройщика, и, когда в 1929 году В.И. Матросов пришел на фабрику «Парижская коммуна», это уже был высококвалифицированный рабочий.
Он попал сюда в горячее время: фабрика оснащалась новым оборудованием, развертывалось социалистическое соревнование. Матросову одному из первых было присвоено звание ударника.
Заметной чертой характера Матросова была бережливость. К таким людям в рабочей среде отношение особое. К нему часто подходили закройщики, присматривались, как он устанавливает резаки. Опытным взглядом закройщик оглядывал распластанную кожу, отмечая, где она слабее, где покрепче. Из лучших участков кожи Василий Матросов вырубал носки, союзки – то, что в обуви требует наибольшей прочности, а из остатков выкраивал менее ответственные детали – задники, язычки. В отходы не попадала ни одного лишнего дециметра кожи…
Он придумал, как на прессах «Идеал» можно увеличить выработку, и предложил шестерых опытных стахановцев - половину своей бригады перевести на усиление других бригад. А с остальными рабочими взялся обеспечивать кроем потоки цеха «Парко», делая ту же работу, что прежде все вместе, и выполняя нормативное задание на 200 процентов. В первом квартале 1946 года этот коллектив завоевал славу лучшего на фабрике.
В закройном цехе была создана группа под руководством начальника цеха Я.А. Рожинского, которой поручили составить общецеховой план внедрения стахановских методов труда. В нее вошли специалисты, представители общественных организации и передовые закройщики В.Матросов, М.Малахова. Т. Белова. Группа обобщала опыт стахановцев, изучала состояние машин, помогала рабочим по-новому организовать труд. На составление цехового плана ушло 10 дней. От рабочих поступило около 200 предложений. В.И. Матросов тоже внес несколько предложений, в том числе – применение комбинированных подложек к штампам, приспособление для автоматического возврата хобота штампа.
Группа, изучавшая потери рабочего времени, вела работу совместно с бригадой Центрального научно-исследовательского института кожевенной промышленности под руководством профессора Ю.П. Зыбина.
Работа закройного цеха по новому плану дала хорошие результаты: коллектив ежедневно выполнял задание на 112 процентов против 105 процентов в предыдущем году, обеспечивая значительную экономию кожи.
Почин закройщиков был подхвачен в других цехах фабрики, выпуск обуви рос. В апреле 1947 года фабрикой был достигнут довоенный уровень производительности труда, в июне он был превзойден.
Составив план внедрения стахановских методов труда в своем цехе, закройщики дали образец для создания подобных планов на любом предприятии, об этом было рассказано в газете «Труд». Начинание В.И Матросова получило широкое распространение в промышленных коллетивах повсеместно. На него откликнулись не только обувщики, но и швейники, текстильщики, станкостроители, автозаводцы, угольщики, нефтяники, лесозаготовители, сталевары. В гостях у Василия Матросова на «Парижской коммуне» в год 25-летия предприятия побывали десятки делегаций с фабрик, заводов и шахт. Его почин освещался в книге «Ценное начинание закройщика В.Матросова» (М. – Л., 1947).

Восстановления производства обуви для армии

Этот снимок, сделан в цехе горячей вулканизации в 1949 году и отражает развитие данного технологического направления, осуществленное со времени освоения. Здесь в цехе № 2 фабрики «Парижская коммуна» установлено новое оборудование. У конвейера – работница и начальник цеха, фронтовик Великой Отечественной войны Лев Иванович Логунов. Он пришел на фабрику после окончания техникума и начинал работу мастером участка. Прошел все ступени руководящей службы: был главным инженером, в конце 60-х годов директором нашего предприятия, заместителем министра легкой промышленности РСФСР и до конца жизни поддерживал связь с нашей «Парижской коммуной».

- В начале 1942 года все внимание мы сосредоточили на восстановлении (после эвакуации оборудования и коллектива на Урал – ред.) производства обуви для армии, - рассказал и.о. главного инженера фабрики В.Г. Богданов. – Летом Наркомат легкой промышленности принял решение возвратить специалистов и часть оборудования из Свердловска. В июле мы получили шесть новых винтовых машин и десять машин 34 класса, что позволило пустить винтовой цех, который стал выпускать женские винтовые сапоги с кирзовыми голенищами.


М.В. Лев

В то же время на фабрике был создан опытный цех по пошиву солдатских сапог на резиновой подошве с кирзовыми голенищами. Планировалось освоение массового выпуска такой обуви методом горячей вулканизации. Осенью 1942 года на фабрику приезжал народный комиссар легкой промышленности А.Н. Косыгин посмотреть ход восстановительных работ. Нарком поставил задачу в кратчайшие сроки довести выпуск солдатских сапог до нескольких сот пар в день.

Первая партия сапог, изготовленных мет196одом горячей вулканизации, была отправлена на фронт с делегацией рабочих Москвы, которую возглавляла секретарь ВЦСПС К.И. Николаева. Делегация вернулась с письмом от командующего Степным фронтом генерала И.С. Конева, в котором он благодарил работников «Парижской коммуны» и просил выпускать таких сапог как можно больше.

За разработку и освоение производства сапог методом горячей вулканизации нашему коллективу было вручено переходящее Красное знамя Государственного Комитета Обороны, которое коллектив удерживал шесть месяцев подряд. Группа работников «Парижской коммуны» были удостоены правительственных наград. Прессовщица Н.А.Моисеева и инженер лаборатории Т.П. Земзар, дочь первого технорука фабрики, были награждены орденом «Знак Почета». Медаль «За трудовую доблесть» получили прессовщица К.И. Грамоткина, руководитель группы по конструированию и изготовлению прессов М.В. Лев, начальник цеха горячей вулканизации С.В. Магницкий, а В.Ф. Шевченко и В.Н. Яскловский. Большая группа рабочих отмечена знаком «Отличник легкой промышленности».


Т.П. Земзар

С.В. Магницкий

К.И. Грамоткина
Зимой 1942-го года

Зимой 1942-го года при воссоздании коллектива «Парижской коммуны» в Москве после эвакуации в Свердловск фабрика приняла 100 подростков детского дома 1 (деревня Костино Пушкинского района Московской области). Они были зачислены в школу ФЗО, учились и работали в цехах. На снимке: учащиеся с директором ФЗО В,Н. Яскловским. Первое время ребята жили в корпусах, пустовавших после эвакуации оборудования в Свердловск. Позже для них устроили общежитие в Расторгуеве по Павелецкой железной дороге. Многие из той группы детдомовцев С.С. Ляпина, З.А. Панарина, М.К. Белецкая, В.А. Беликова, Я. Боязливый и другие работали потом на «Парижской коммуне» долгие годы.

Восстановление производства на нашей фабрике в 1941 году

В середине декабря 1941 года после того, как враг был отбит от Москвы, началось восстановление производства на нашей фабрике.

Воссозданный коллектив на 70 процентов состоял из подростков и молодежи, не подлежащей призыву в армию. Потомственная работница «Парижской коммуны» Тамара Павловна Антипова (девичья фамилия Труфанова) поступила на фабрику в 15 лет, а через год возглавляла бригаду на потоке женских парусиновых туфель, которая заслужила почетное звание «Фронтовая бригада» и победила во всесоюзном соревновании молодежных бригад. На фабрику пришла телеграмма о занесении бригады Тамары Труфановой в Книгу Почета ЦК ВЛКСМ.

Большая часть истории нашей фабрики проходила на глазах Тамары Павловны Антиповой и при ее непосредственном участии. В 80-е годы она возглавляла совет ветеранов войны и труда предприятия и одновременно заведовала библиотекой. С 20-х годов на фабрике работала ее мама Евдокия Петровна Труфанова. Военный подросток Тамара Труфанова начала работать на «Парижской коммуне» весной 1942 года фрезеровщицей набоек на потоке женских парусиновых туфель. Вот как вспоминает Тамара Павловна свой приход на работу:
- У входа на фабрику висел большой плакат на серой (оберточной) бумаге: «РАБОТНИЦЫ! БОРИТЕСЬ ЗА ЗВАНИЕ ФРОНТОВОЙ БРИГАДЫ. ОВЛАДЕВАЙТЕ НЕСКОЛЬКИМИ ПРОИЗВОДСТВЕННЫМИ ОПЕРАЦИЯМИ!». «Фронтовая бригада! Раз не берут на фронт, значит, буду работать во фронтовой бригаде», - подумала я.

Все так и было. В 1943 году ее назначили бригадиром, в коллективе было два десятка девочек-сверстниц, и они завоевали звание «Фронтовая бригада».

Молодежь активно участвовала в общественной жизни предприятия. Несмотря на то, что свободного времени почти не оставалось – рабочие смены были по 12 часов, ночью нужно было дежурить, защищая корпуса фабрики от зажигательных бомб – комсомольцы создали агитбригаду и выступали не только у себя в цехах, но и давали концерты в госпиталях.

История далекая и близкая

29 октября 1941 года, когда линия фронта близко подошла к Москве, Государственный Комитет Обороны принял решение об эвакуации фабрики «Парижская коммуна» в Свердловск. Оборудование было демонтировано за 24 дня. На Урал вывезли 1800 станков и машин, много материалов, инвентаря, запасных частей. Уехала большая часть коллектива наших обувщиков. На новом месте разгрузка вагонов велась при 30-градусном морозе. В тот год зима началась рано по всей стране.

Москвичи влились в коллектив фабрики-новостройки «Урал-обувь» и вместе быстро нарастили производственные мощности. В короткий срок был увеличен выпуск армейской обуви в четыре раза.

В то же время в декабре 1941 года, когда наша армия перешла в контрнаступление, Наркомат легкой промышленности прекратил эвакуацию «Парижской коммуны» и развернул восстановительные работы. Исполняющим обязанности директора фабрики был назначен И.М. Архипов, главного инженера – В.Г. Богданов.

13 декабря 1941 года Кировский РК ВКП(б) провел совещание районного актива с участием представителей «Парижской коммуны» по развертыванию работы на оставшихся в Москве предприятиях района.

Главк распорядился вернуть нашему предприятию те заготовочные машины и чепрачную кожу, которые были подготовлены к эвакуации в Свердловск, но еще находились в вагонах на подмосковной железнодорожной станции. Вскоре швейное оборудование было доставлено на «Парижскую коммуну», а чепрак получить не удалось: материал был уже передан на «Буревестник», который тоже восстанавливался. Зато из Горького В.Г. Богданов привез оборудование Полтавской обувной фабрики, эвакуированное туда летом 1941 года перед оккупацией врагом Украины.

Раньше всех был создан организационный цех, где шили вещмешки, кисеты. Позже на его базе был создан цех детской обуви.

Среди ветеранов фабрики есть еще, к нашей общей радости, те, кто трудились на «Парижской коммуне» в годы Великой Отечественной войны, кто были очевидцами и участниками событий этого героического периода нашей истории. В ту пору они были молодыми тружениками тыла, наравне со старшими поколениями им пришлось вынести тяготы жизни и производства той поры. Поныне в нашей ветеранской организации есть живые свидетели и участники тех исторических событий, чья доблесть отмечена медалью «За оборону Москвы», их около полутора десятков. Среди них – Валентина Васильевна Курмаева. Мы видим ее на отдельном портретике и на фотографии дежурной команды по тушению фугасных бомб – вторая справа, самая маленькая ростом. Зажигательные бомбы сосредоточенного действия предназначались врагом для уничтожения фабрично-заводских и железнодорожных сооружений. Вокруг Саратовского вокзала в Замоскворечье (Павелецким его стали называть уже после войны) сложилась крупная промзона. И наша местность, таким образом, была объектом «особого внимания» вражеской авиации.

- Во время дежурства на крыше при авианалете надо было очень внимательно следить за падением фугасов, - вспоминает Валентина Васильевна, - продолжительность зажигательного действия всего 3-15 минут. Не успеешь погасить – вспыхнет пожар. А ведь бомба она и в дежурного попасть может. В первое время так и казалось, А потом привыкнешь – и ничего. Страшно уже другое: как бы не уснуть. Днем-то мы работали подолгу. В промежутках между налетами очень спать хотелось.

Валентина Васильевна Курмаева проработала на нашей фабрике более полувека.

Эти снимки сделаны у нас на фабрике на митинге 3 июля 1941 года во время выступления председателя фабкома профсоюза Яковлева.

Эти снимки сделаны у нас на фабрике на митинге 3 июля 1941 года во время выступления председателя фабкома профсоюза Яковлева (об этом свидетельствует соответствующая надпись на обороте). В этот день началось формирование дивизии народного ополчения в Кировском районе Москвы. Получившая 9-й номер среди других таких же формирований города, дивизия Кировского района оказалась самой большой в столице – к 11 июля 1941 г. ее численность была 8701 человек.
В нее вступили в основном работники промышленных предприятий района. Самой многочисленной группой среди ее ополченцев, как указано в исторической справке, напечатанной в книге «Живая память Замоскворечья» (Москва, 2005 г.), были обувщики нашей обувной фабрики «Парижская коммуна» - 740 человек. Из Первой образцовой типографии – 500 человек, с фабрики «Рот Фронт» - 280 человек, из Первой ситценабивной фабрики – 270 человек, с картонажной фабрики – 100 человек. В состав 9-й дивизии вошли также рабочие и служащие Краснохолмского камвольного комбината, насосного завода им. М.И. Калинина, Дербеневского химзавода им. И.В. Сталина, Кожевенного завода им. Э. Тельмана, заводов точных приборов, «Красный блок», «Моспласткож», Московского радиозавода, лентоткацкой фабрики № 6, предприятий «Мосэнерго», паровозного депо Московско-Донбасской железной дороги, фабрики «Красные суконщики», трамвайно-троллейбусного управления, конторы «Авиапромснаб» и других. В дивизию также добровольно вступили студенты и аспиранты Московского института легкой промышленности, старшеклассники школ №№ 516, 522, 527, 528, 649, в помещениях этих учебных заведений были временно переоборудованы под казармы. Штаб дивизии расположился в конторе фабрики «Рот Фронт».
7 июля началось военное обучение ополченцев: на улицах и площадях – строевая подготовка, в скверах – тактические занятия. Вечером 9 июля 1941 года дивизия выступила из Москвы походным маршем в летние лагеря в Подмосковье: через Замоскворечье по Садовому кольцу, затем на старое Калужское шоссе, по которому после долгого марша (28 км) к утру 10 июля прибыла в лес у села Архангельское (9 км юго-западнее станции Бутово). Соорудив летний лагерь (из палаток и шалашей) продолжила обучение и доукомплектование личного состава, при этом пришлось отчислить из дивизии не прошедших медкомиссию ополченцев, лиц старше 55 лет, рабочих редких специальностей, студентов выпускных курсов и десятиклассников. Одновременно в дивизию была передана часть личного состава расформированных дивизий ополченцев других районов, в частности, Тимирязевского. Позже в 9-ю дивизию прибыл сформированный из девушек-добровольцев в Кировском районе Москвы 498-й медико-санитарный батальон. По приказу наркома обороны СССР от 26.09.1941 г. 9-я дивизия народного ополчения Москвы была переименована в 139-ю стрелковую дивизию. В ночь с 29 на 30 сентября вышли на передовую, чтобы сменить в окопах 303-ю стрелковую дивизию на линии обороны вдоль реки Стряна (10-18 км юго-западнее города Ельни). В начале октября в противостоянии генеральному наступлению противника на Москву (немецкая операция «Тайфун») 139-я дивизия понесла тяжелые потери.

Фрезеровщик Иван Судариков, как и вырубщик Степан Яшин, затяжчик Павел Петухов, стали инициаторами стахановского движения на «Парижской коммуне».

Фрезеровщик Иван Судариков, как и вырубщик Степан Яшин, затяжчик Павел Петухов, стали инициаторами стахановского движения на «Парижской коммуне». Школы передовых методов труда были созданы во всех цехах фабрики. Иван Судариков вел стахановскую школу (на снимке он один с непокрытой головой) сначала для своей смены, потом — для второй. Первоначально Иван Леонтьевич Судариков благодаря техническому новаторству — он изменил угол заточки фрезы на 15-17 градусов — сократил время для выполнения фрезеровки уреза подошвы в 2,3 раза по сравнению с другими рабочими. Из- под его резца грань подошвы выходила почти с полированной поверхностью, а отвлекаться от основной операции для заточки фрезы приходилось в 3 раза реже. Кромка срезалась вдвое быстрее, с меньшим усилием. Павел Петухов соперничал с первым среди затяжчиков стахановцем с ленинградского «Скорохода» Николаем Сметаниным (впоследствии стал заместителем наркома легкой промышленности СССР). Соревнование шло с переменным успехом, несмотря на то, что наш Павел был на десять лет моложе Сметанина. У себя в цехе стахановец Петухов обучил наилучшим приемам труда восемь товарищей по профессии. В результате производительность труда затяжчиков поднялась вдвое, что позволило высвободить для другой работы четверых. В каждом коллективе «Парижской коммуны» передовики вели обучение. Пятеро рабочих «Парижской коммуны» С.И.Яшин, П.А. Петухов, И.Л.Судариков, Д.А. Гарабин и А.П. Кукушкина были участниками первого Всесоюзного совещания в стахановцев в Кремле в ноябре 1935 года.

С именем передового вырубщика нашей обувной фабрики Степана Ивановича Яшина связано заметное событие в развитии стахановского движения в стране.

С именем передового вырубщика нашей обувной фабрики Степана Ивановича Яшина связано заметное событие в развитии стахановского движения в стране. Вот как рассказывается об этом в книге об истории предприятия «Имени «Парижской коммуны» на стр. 101:
«В штамповочном цехе «Парижской коммуны» была впервые в СССР создана получившая широкое распространение форма популяризации опыта передовиков — школа стахановских методов работы.
Школа открылась 3 ноября 1935 года. В нее записались все штамповщики смены Яшина. Приходили учиться у него и рабочие смежных операций.
Это была особенная школа. После смены в аудиторию приходили рабочие с руками, еще не остывшими от труда, приходили послушать своего товарища по работе, который будет говорить о своем поиске, о своем методе, пусть не намного, пусть не надолго, но все же опередившем время.
Много полезного узнавали из этих лекций о лучших приемах ухода за штампом «Революцион», об устройстве машины, о свойствах чепрака, который на этом штампе многие годы рубил С.И. Яшин».

Президиум Московского областного совета профсоюзов одобрил инициативу создания школы стахановских методов на «Парижской коммуне», признал ее заслуживающей распространения на других предприятиях с учетом особенностей их производства. Поручил написать об этом в газете «Труд».

В 1936 году в издательстве «Московский рабочий» вышла книга «Московские стахановцы», есть там страницы (261-263), посвященные нашему Степану Яшину: «Почему я после известия о рекорде Стаханова смог так работать? — рассуждает Степан Иванович. — Потому что до этого успел изучить машину, топографию кожи… На рабфаке был. В кожевенном техникуме учусь. И техминимум сдал на «отлично». Значит, техникой своего производства я овладел. Понимаю, какая связь между моей операцией, рубкой чепрака, и работой всей нашей фабрики. Понимаю и значение всей нашей фабрики во всем хозяйстве страны. Кержнер, инженер, начальник цеха, помогал мне занятия вести. Без него бы я не справился. Значит, я должен на него равняться, догонять. И догоню. После техникума меня направляют в Промакадемию… Орден мне дали. Я сперва не поверил: за что? Другие по 300, по 500 процентов нормы дают. А я и до 200 не дошел. Разве что за школу? За то, что я первый стал такую школу вести. Но ведь и школа моя для меня была сплошной радостью. …Мне, может, было бы лестно, чтобы меня считали человеком с особенными способностями. Но на самом деле это не так, и я уверен, что моих результатов может добиться каждый штамповщик, который внимательно отнесется к своей операции, до деталей продумает организацию своего рабочего места и установит в своей работе заранее обдуманный твердый порядок».

Фотография рабочего дня Яшина (20 ноября 1935 года) показала, что на основную работу (рубка чепрака на штампе «Революцион») у него уходило 89,77 процента времени, остальное — на подготовку машины и инструмента и на организованный отдых.

Доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники РСФСР Юрий Петрович Зыбин — признанный основатель учения о производстве обуви. По лекциям и учебникам Ю.П. Зыбина, начиная с 30-х годов, учились многие инженеры «Парижской коммуны». Его педагогическая деятельность шла параллельно с исследовательской. Она велась в неразрывной связи с обувным производством, и, прежде всего — нашей фабрики.

Доктор технических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники РСФСР Юрий Петрович Зыбин — признанный основатель учения о производстве обуви. Он был родным братом-погодком первого дипломированного инженера нашего предприятия Владимира Петровича Зыбина, создателя первых рельсовых конвейеров в винтовом и рантовом цехах. По лекциям и учебникам Ю.П. Зыбина, начиная с 30-х годов, учились многие инженеры «Парижской коммуны», будучи студентами Политехнического института кожевенной промышленности (впоследствии — Московский институт легкой промышленности, ныне — Московский государственный университет дизайна и технологии). Закончив аспирантуру Московского химико-технологического института имени Д.И. Менделеева, молодым кандидатом наук Юрий Зыбин участвовал в создании на базе кожевенного факультета МХТИ нашего профильного отраслевого вуза, в котором он долгие годы возглавлял кафедру и преподавал ровно полвека — до конца жизни. На протяжении всех этих лет его педагогическая деятельность шла параллельно с исследовательской. И велась в неразрывной связи с обувным производством, прежде всего — опираясь на опыт работы нашей фабрики «Парижская коммуна», о чем упоминается в книге, вышедшей в издательстве «Московский рабочий» в год 55-летия предприятия. Есть свидетельства тому и в других публикациях: от строго научных — в журнале «Кожевенно-обувная промышленность», до самых массовых и популярных. Например, в первом номере журнала «Юный техник» за 1969 год, рассказывая о том, как делать ботинок «по науке», с учетом физиологии стопы он пишет: «Мы разместили в опытном ботинке около десяти датчиков, реагирующих на давление. Много людей носило эту «чуткую» обувь. Они ходили в ней, а датчики передавали сведения на приборы… Решили сделать колодку новой формы — такой, чтобы она как можно больше походила на стопу.И чем большего сходства удастся достичь, тем лучше, потому что удобными ботинками, полуботинками, туфлями можно считать те, которые внутри напоминают отпечаток наших ног. На фабрике «Парижская коммуна» уже испытали туфли, изготовленные по новой колодке. Отзыв был один — «Как удобно!».

Первый дипломированный инженер-механик «Парижской коммуны»

Первый дипломированный инженер-механик «Парижской коммуны», выпускник МВТУ им. Н.Э. Баумана 1926 года, создатель первых конвейеров в винтовом и рантовом цехах Владимир Петрович Зыбин не только внес большой вклад в механизацию труда обувщиков, создавая новые механизмы, ремонтируя старые станки, которые он собственноручно разбирал, по своим чертежам вытачивал детали взамен изношенных, налаживал исправленные машины. Он еще стал организатором рационализаторской работы на фабрике. Для механиков-самоучек, практиков слесарного дела инженер Зыбин стал консультантом и экспертом, проводником их идей, помощником во внедрении рационализаторских предложений, техническим руководителем самодеятельного кружка изобретателей. На снимке мы видим В.П. Зыбина со слесарем А.И. Еремичевым. Молодой инженер помог пожилому рабочему проявить и развить изобретательские способности. В 1940 году А.И. Еремичев за создание станков был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Пётр Марцевич Земзар сыграл важную роль в создании механического производства обуви.

Рассказывая о времени становления 1-й государственной фабрики механического производства обуви «Парижская коммуна», о начальном периоде ее работы, нельзя не упомянуть о первом ее техноруке Петре Марцевиче Земзаре. Именно его стараниями, усилиями, уникальным талантом слесаря-самоучки и знатока сапожного ремесла новая фабрика в Замоскворечье сразу со времени открытия оказалась в состоянии соответствовать предназначению — быть предприятием механического производства обуви. Оборудование было свезено сюда с пяти мелких фабрик: № 1 (бывшая «Универсаль»), № 3 (бывш. «Меркурий»), № 8 (под этим номером ранее трест Москож объединил три предприятия, принадлежавших до этого Марину, Жилину и Луцкому), № 10 (бывш. Левитина) и № 11 (бывш. «Буффало») и нуждалось в ремонте. Его попытались осуществить механики треста Кремер и Кузнецов, но скоро отступились — в тресте не было запчастей, и достать их оказалось невозможно. И тогда именно Петр Земзар взялся выполнить чертежи деталей, а потом в ремонтной мастерской фабрики изготовил их вместе со слесарями П.И. Васильевым, С.Н. Кустаревым, И.К. Сигуновым на токарных станках, оставшихся от снарядного производства, которое заменило ткацкое на Михайловской мануфактуре в годы Первой Мировой войны. Так описываются эти события в книге «Имени «Парижской коммуны» на 16 стр.
Здесь же говорится о том, что «у П.М. Земзара был большой опыт работы в обувной промышленности. Юношей он ушел из деревни и поступил работать на Рижскую обувную фабрику. Работа увлекла его, он изучал машины, занимался изобретательством. Пять лет Земзар проработал на Псковской обувной фабрике, а потом механиком на минской фабрике «Быстроход» (в годы Первой мировой эти предприятия были эвакуированы в Москву и Тверь). Любовь к машинам привела Земзара в фирму «СКОМ», где он служил мастером. После революции он стал техноруком московской фабрики «Шевро-Хром».

П.М. Земзар сыграл важную роль в создании механического производства обуви в Москве. Отработав около трех лет на «Парижской коммуне», он вместе с первым директором предприятия Борисом Борисовичем Маргулисом был направлен на организацию фабрики «Буревестник». Дети Петра Земзара инженеры-обувщики Александр и Тамара (сын — механик, дочь — химик-технолог) пришли на «Парижскую коммуну» в 30-е годы.

Торжественное открытие

Организатор от треста Москож А.С. Тёмкин

Первый директор фабрики Б.Б. Маргулис

Торжественное открытие Первой государственной фабрики ме-ханического производства обуви состоялось в Замоскворечье 18 марта 1922 года в День Парижской коммуны. Ее именем и было на-звано предприятие в память о французской революции, 50-летие которой отмечалось годом ранее. Именно в 1921 году трест Москож принял решение «сконцентрировать обувные фабрики №№ 8, 10 и 11 на Михайловской мануфактуре». Помещение ее во время Первой Мировой войны использовалось владельцами для производства артиллерийских снарядов, а не текстиля. После эмиграции купцов Михайловых помещение стояло закрытым. Весной 1921 года председатель треста Москож И.С. Лабковский с группой сотруд-ников после осмотра законсервированного здания нашли его при-годным для организации обувного производства. Создавая фабрику в помещении бывшей Михайловской мануфактуры, трест Москож видел в ней прообраз предприятия нового типа, действующего на основе прогрессивных форм организации труда, управления и тех-нологии, оснащенного современными механизмами, преобразую-щими труд обувщика. Ничего подобного в городе в ту пору не было. Рабочие московских обувных предприятий полукустарного типа, расположенных в клетушках и подвалах, пересказывали друг другу новость о том, что «на берегу Москвы-реки отделывается большая фабрика, в которой пыль будут всасывать пылесосы, а все машины — вертеть электричеством».

Александр ЛУЧАНСКИЙ работал на «Парижской коммуне» в 30-е годы

Инженер Александр ЛУЧАНСКИЙ работал на «Парижской коммуне» в 30-е годы и был создики во всем хозяйстве страны. Кержнер, инженер, начальник цеха, помогал мне занятия вести. Без него бы я не справился. Значит, я должен на него равняться, догонять. И догоню. После техникума меня направляют в Промакадемию… Орден мне дали. Я сперва не поверил: за что? Другие по 300, по 500 процентов нормы дают. А я и до 200 не дошел. Разве что за школу? За то, что я первый стал такую школу вести. Но ведь и школа моя для меня была сплошной радостью. …Мне, может, было бы лестно, чтобы меня считали человеком с особенными способностями. Но на самом деле это не так, и я уверен, что моих результатов может добиться каждый штамповщик, который внимательно отнесется к своей операции, до деталей продумает организацию своего рабочего места и установит в своей работе заранее обдуманный твердый порядок».ателем первого у нас на фабрике и в обувной промышленности страны цепного конвейера, запущенного 75 лет назад в прошивном цехе. Это было началом перевода обувного производства на непрерывный поток. На гранитной плите мемориала погибшим в годы Великой Отечественной войны обувщикам «Парижской коммуны» его фамилия находится в первой строке правого ряда, на самом верху. В предвоенные годы А.М. Лучанский был заместителем главного инженера фабрики.

Герой Социалистического труда - Муханов Григорий Васильевич

Ровно 30 лет назад 16 января 1981 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Героя Социалистического труда «за выдающиеся производственные достижения, досрочное выполнение заданий 10-й пятилетки МУХАНОВУ Григорию Васильевичу — генеральному директору МПОО «Заря»» — Московская обувная фабрика «Парижская коммуна» была головным предприятием объединения. Среди тех, кто ныне работает в нашем коллективе, есть еще немало людей, которые помнят, каким большим праздником было это событие у нас на фабрике. Лауреат Государственной премии, Герой Социалистического Труда Г.В. МУХАНОВ руководил «Парижской коммуной» в 70-80-е годы. При нем в 1976 году началась полная реконструкция фабрики, которую завершил в 1995 году приемник Муханова, нынешний наш генеральный директор А.А. НИКИТИН.